Ошибка скрипки

Она думала, что он начнет плакать, будет капризничать целый день, но он вел себя лучше обычного, сам пытался отвлечь её, просил почитать стихи про Мойдодыра, нарисовать волшебный лес, слепить из пластилина маленькую скрипочку с радугой вместо струн. Так и прошел день, за ним второй и третий. Даша целыми днями выглядывала в окно, тщетно пытаясь увидеть мужа, идущего с парковки к дому, но двор был пуст. Кристиан ничего не спрашивал, просто иногда замирал и прислушивался, не поворачивается ли ключ в замке.

До этого она не планировала звать гостей на день рождение Кристиана, но в последний момент испугалась, что они останутся одни в этот день, и позвала Мишу с женой и детьми, Машу со Стасом.

Перед днем рождения они вдвоем с сыном украшали дом шарами и лентами, расставляли на столе вазочки под сладости, приготовили две маленькие свечки в торт. Кристиан рано начал зевать, пошёл складывать игрушки, сказал, что будет собирать и немного играть в машинки, но уснул прямо на полу с одной из них в руке. Даша бережно переложила его в кроватку, прибрала все машинки, приняла душ, выпила травяной чай, легла, но сон никак не приходил.

Она не могла удобно лечь, долго крутилась под одеялом, решила, что если не уснет через пять минут, то просто встанет и пойдет работать над книгой, но провалилась в сон.

Ей снился берег моря, которого она никогда не видела в жизни, море шумело у её ног, щекотало, нежно обволакивало, она шагнула в волну, и волна накрыла её с головой, зашелестела в её ушах так нежно и звонко, как могла только скрипка.

«Да ведь это и есть скрипка!» – подумала Даша и открыла глаза.

Даниэль сидел на краю постели и играл очень нежную, тихую мелодию. Даша вспомнила, что это какая-то соната, но название так и не пришло в голову. Он доиграл до конца, нежно улыбнулся ей:

– Ты такая красивая, я боялся тебя трогать.

– Когда ты играешь на скрипке, я чувствую себя ничтожной и великой одновременно.

– Когда ты научишься играть на ней, ты поймешь, что ты великая.

– У меня нет слуха.

Я люблю, как ты играешь. Ты наполняешь меня жизнью через музыку, но сама я никогда не смогу.

Он отложил скрипку в сторону, протянул ей руку, помог встать. Провел руками по плечам, дыханием обжег лицо, прижал её к себе, прижал всю. Она прильнула в ответном порыве, не понимая, как два тела так могут совпадать, каждым изгибом подходить друг другу, но не успела сформировать ответ на свой вопрос, потому что мысли со звоном разлетелись от его поцелуя.