От жалости до любви

Завтра она найдёт Саймона и обязательно расскажет ему о бале. Она даже запомнила несколько смешных эпизодов, чтобы рассказать о них любимому.

А сейчас – спать. И Кея забылась зыбким сном, в котором она танцевала на балу с ужасным стариком, едва ли не рассыпавшимся у неё на глазах. А за стеной бала (Кея видела это и одновременно танцевала) текла совсем другая жизнь. Весёлый Саймон (её Сай!) носился наперегонки с какой-то девушкой в простом деревенском наряде. Она мечтала броситься к нему, поговорить с ним, но он убегал всё дальше и дальше, а танец никак не кончался и старик всё крепче вцеплялся в неё.

Кея попыталась вырваться от него, бросилась прочь, но цепкие костлявые руки держали крепко, а голос шептал издевательски нежно: «Куда же вы, моя жена, собираетесь бежать?». Она рвалась и кричала: «Саймон!», а потом сон закончился, и она словно полетела в какую-то ужасную бездну.

Кея проснулась на полу от того, что больно ударилась коленкой о комод, падая с кровати. Сердце ещё сильно билось. Она вспоминала цепкие костлявые руки и этот голос… Нет! Что угодно лучше, только не замуж! Она выйдет только за Саймона или уедет в монастырь! Надо срочно написать Саю, уговорить встретиться.

Кея быстро написала пару строк на записке: «Жду сегодня в семь. Очень срочно. Твоя Кея».

У них было своё укромное место, где они поверяли друг другу все тайны, горести и радости, а ещё хранили записки. В ограде сада, окружавшего дом дяди, была дыра, а за ней начинался угрюмый гарлетонский лес. И там, как на радость влюблённым, росли два дуба, сплетённые ветвями так, что создавали нечто вроде крыши над головой.

В дупле одного из дубов влюблённые и прятали записки о встрече. Они договорились каждый день прогуливаться к этим дубам (благо обоим до них было минут двадцать ходьбы) и смотреть – есть ли какие новости.

Кея наспех оделась, накинула плащ и шляпку и, даже не заплетя волосы, отправилась к дубам. Она поэтично называла их – Влюблённые навсегда. На улице шёл дождик, но это была чепуха перед той бурей, что творилась в душе.

Она оставила записку там, где они уговаривались. Оставалось только молиться, что Саймон придёт. Она готова была на коленях умолять его выкрасть её из дядиного дома и жениться. И ну его, это наследство, к азгам!

После обеда, она заскучала. До встречи с Саем ещё так долго! Кея взяла любимую книгу, из тех, что хранились под подушкой и были зачитаны до дыр, и легла с ней на кушетку. Она сама не заметила, как задремала.