Проданная

Травник с невозмутимым видом отдавал им снадобья и получал деньги.

Под конец приёмного дня, около четырёх часов (по старым большим часам, висевшим в зале над столом), пришёл один странный посетитель.

– Господин Эурелиус, мне нужно поговорить с вами наедине.

– Говорите, – травник был немногословен, но он не сделал Диаре ни одного жеста, который можно было бы расценить, как то, что он её прогоняет. Поэтому она осталась, преспокойно сидеть на своём стуле. Хотя она бы с удовольствием отправилась в столовую, например.

– Эм… – Помялся мужчина, потом всё-таки продолжил. – Понимаете, мне нужно особое снадобье, такое, чтобы забыться.

Диара только сейчас разглядела глубокие морщины на лице мужчины и мешки под глазами. Видимо, какое-то горе мучило его. Травник молчал, словно что-то взвешивал, потом ответил:

– Простите, я не работаю с дурман-травой. Это запрещено законами нашей Империи. Поищите себе какое-нибудь дело, чтобы забыться.

– Конечно-конечно. Простите, – мужчина вышел из комнаты, ссутулившись и опустив плечи, как будто потеряв последнюю надежду.

– Зачем вы солгали ему? – Тихо спросила она, сама не понимая, как, а главное зачем осмелилась задать вопрос травнику.

– Я не солгал, – спокойно ответил он ледяным голосом. – Дурман-траву я использую только для личных опытов и никогда не продаю. А если человек слишком слаб, чтобы пережить своё горе и ищет забвения, пусть идёт в ближайший трактир, – Жёстко ответил он.

– Это слишком жестоко, – гневно воскликнула Диара, на секунду забыв, с кем разговаривает.

– Жестоко – это изо дня в день вспоминать о том, что прошло и уже нельзя вернуть, мучая и себя и других. – Внезапно вспыхнули пламенем холодные глаза. Диаре показалось, что она увидела бурю за толстой ледяной стеной, которая бушует, не найдя выхода. – К тому же, – добавил травник уже спокойнее, – не всякую тоску можно утолить дурман-травой.

Пока Диара раздумывала над его словами, Эурелиус встал и направился к двери, чтобы закрыть её.

– Дай посмотреть твои записи, – она вздрогнула – так близко внезапно очутился травник. Прямо за спиной, чуть-чуть наклоняясь и заглядывая через плечо в её записи. Она слышала его дыхание. Вполне человеческое, ни капли не ледяное. Как будто не было между ними сейчас этого разговора. Может быть, ей это только показалось? Диара подавила неуместное желание повернуться, чтобы рассмотреть травника.