Я ненавижу тебя, или Замуж за чудовище

Но в любом случае я должна подготовиться. Что-то, сдаётся мне, что Армаль не будет тянуть, а ещё я сомневалась, что при сложившихся обстоятельствах (сплетницы любят чесать языки) он закатит пышное торжество. Разве только матушка настоит. Но после долгов Льюита, денег у нас не было даже на простое платье для помолвки. Ну с кем, с кем, а с Армалем пускать пыль в глаза я не намерена. Оденусь прилично, да и всё тут. Пусть все видят, что мы небогаты и не строят иллюзий насчёт наших с ним отношений.

В дверь всё-таки постучали.

– Войдите, – произнесла я, стараясь, чтобы мой голос звучал ровно, без раздражения. Как бы я не была зла на судьбу за то, что случилось, показывать свою злость, матушке или слугам, мне не пристало. Всё-таки как-никак, до долгов Льюита мы считались одним из богатейших и знатнейших домов Кеварса.

– Милая моя Клариссия, надеюсь, ты согласилась на предложение мистера Стэкса? – Конечно, это была матушка.

– Да, мама, – ответила я, с трудом разжав губы. Я продалась. Осознавать это было горько и противно.

Но ещё противней было слышать радостные возгласы матушки, рассыпавшейся в похвалах Армалю. В детстве даже она (я не говорю уже об отце) считали, что он мне не пара. Безродный, бастард то ли герцога, то ли графа, так никогда и не видевший своего отца и всю жизнь проживший с матушкой – милой женщиной, в соседнем с нами доме, он выбился в люди сам, и, конечно, сейчас, дослужившись до начальника королевских ищеек, мог задирать нос. Но я то помнила, кто он на самом деле. Помнил и отец, а вот матушка похоже забыла, рассыпаясь в комплиментах.

– Мама, я думаю, мы потом поговорим об этом, – прервала я её дальнейшие восторги. – Я сейчас устала и хотела бы отдохнуть.

Но отдохнуть мне так и не удалось. Послышался стук входной двери, потом грохот, как будто что-то упало. Мы с матушкой заспешили вниз. В прихожей лежал Льюит, мертвецки пьяный. То ли его притащили к нам домой его собутыльники и бросили, то ли он добрался каким-то образом до дома сам, но сейчас он спал и разбудить его или передвинуть не представлялось возможным.

– Джон, Джон! Отнесите месье Барни к нему в комнату, – закричала матушка. Я только поморщилась. Брат приходил домой в полубессознательном виде уже не в первый раз, и ничего не помогало – ни увещевания матушки, ни угрозы уволить со службы. Пока был жив отец, Льюит ещё стеснялся, а сейчас совсем распоясался.

Если сейчас войдёт Илария, будет истерика. Нежная психика моей сестры не выдерживала вида пьяного брата.