Шут и его жена

И Мик увидел, как она опустила глаза. Тяжело вспоминать. Наверное, она очень любила отца. – У нас давно уже всё спокойно. Король подписал мирные договора со всеми окружающими княжествами и королевствами. Мы не ждали нападения. Воины князя Литара, – она с ненавистью выплюнула его имя, – напали внезапно, застали нас врасплох, и так же быстро исчезли. Я думаю, что Его Величество даже не знает, кто убил моего отца.

– И ты хочешь ему это рассказать? – Кто же она такая, что и с королём может общаться?

– Не я, – она покачала головой.

 – Я расскажу это дяде. А он уже пусть передаст Его Величеству.

– Разумно, – кивнул Мик. – Но пешком зимой до дяди ты вряд ли доберёшься. Можно попроситься в обоз. Но у нас нечем платить, да и торговые обозы зимой редко ходят.

– Мне есть, чем платить, – тихо сказал Нири. Отвернулась на секунду, а потом протянула на ладони ему перстень невиданной красоты.

Глава 5

Перстень так и сиял, так и переливался. Так что Мику даже больно стало от такой красоты.

Не глазам больно, а как будто в душе.

– Красота какая! – Восхищенно выдохнул он. – Но лучше тебе пока спрятать его. А то и прирежут за него, не дорого возьмут.

Нири вздрогнула и торопливо спрятала перстень.

– И что же мне делать? – Она беспомощно посмотрела на него, да так, что снова защемило сердце.

– Давай-ка спать, вот что! Утром будет видно, – Мик улыбнулся ей.

– А… – Она осмотрелась вокруг беспомощно. Кровать была всего одна.

А за окном уже темнело. Короткий зимний день подходил к концу. Конечно, было не так уж и поздно, чтобы ложиться. Тем более в княжьем замке он, иной раз, засыпал намного позже полуночи, когда князь и вусмерть упившиеся гости наконец-то дозволяли ему удалиться. Но сейчас вымотанный бессонной ночью, он сам едва держался на ногах, а про девушку и подумать то страшно.

– Не беда, – Мик бросил одеяло, которым накрывался на пол возле печки. – Ты спи на кровати, а я уж тут на полу.

Мне не впервой, а здесь тепло. – Жаль только печка не настолько большая, чтобы на ней можно было спать. – Спокойной ночи, Нири.

Он с наслаждением растянулся возле печки. От тепла быстро сморило, и Мик даже не услышал, ответила ему Нири, или нет. А проснулся от холода. Дрова в печи прогорели и в избушке с непривычки зуб на зуб не попадал. За окном было темно. Да так, что хоть глаз выколи, а ещё надрывно завывал ветер.