Почему Украина не Европа

Невозможно принудить человека быть тем или другим. У каждого своя программа, заложенная глубоко. Она не зависит от наследственной линии, так как в одной и той же семье рождаются разные дети. Эти функции распределяются согласно подбору частот проникновения на единицу времени по знаку подобия, и поэтому назначать роли каждому мы не можем, ибо это приоритет общественных сил притяжения, выраженный потребностью. В этом принимают участия различные силы, программирующие жизнь.

Мы на Украине пытаемся выращивать «берунов», но многие не готовы принять это, ибо наше общество в целом относится к отдающим, и программа из-за этого не закрепляется, а переходит в такие мутационные составляющие, при которых дети начинают искать выход в наркотиках, алкоголе.

Они мучаются из-за того, что не могут нагло брать их родители и соответствовать нормам общества на данное время. Вырастить из наших людей будущих «берунов» невозможно.

Да, в прошлые времена многие воровали. Между словами «воровать» и «брать» есть существенная разница.

Первое относится к противозаконным способам восприятия жизни, а другое – к законным.

Наш человек, определяя жизнь душою, считал, что он отдавал другому то, что он заработал, минуя государство. Создавалась круговая порука в виде «ты мне – я тебе». Государство это понимало и ничего не могло поделать, так как не хватало сил удерживать имеющееся, ибо само являлось отдающим. Так что мы отдавали самим себе.

В данное время в очень независимой Украине воровство продолжается.

Традиции остаются. Однако частный бизнес защищается, а вот государственная система отрывается по полной программе. Разница между коммунистическими и посткоммунистическими системами значительная. Если раньше выживало таким образом большое количество бедных людей, что уже принималось в целом как программа развития, то ныне это может себе позволить группа богатых людей. Это не может принимается за программу из-за слабого энергетического потенциала, выраженного в несоответствии количества богатства и людей их владеющих.

В первом случае огромное количество работающих принимало участие в этом виде распределения, и всем перепадало понемногу. Люди работали на предприятиях, ими же построенными во благо государства, поэтому страна в целом, скрипя, двигалась. Во втором случае на этих же предприятиях работают люди, но уже не на государство. Их владельцы вошли во власть, и огромный денежный груз навис над страной, придавив ее.