Жениться по приказу

Князь и княгиня Дамьери, поздравляю вас! – Ох не понравился мне тон короля, которым это было сказано. Но разбираться в этом во всём сейчас мне было некогда. Я подал руку жене, о которой к своему стыду, не вспоминал почти всё время обряда… Хм… Нет. Буду её называть княгиня Дамьери, а не жена, даже в мыслях. Хотя, драги, это так по-дурацки звучит!

Мы направились к выходу из храма. Марк и самые близкие его соратники поздравляли нас. Я видел за улыбками фальшь, а за поздравлениями злорадство. Сжал губы. Меня этим не проймёшь.

Хотя слухи о том, что произошло в храме уже сегодня разлетятся по всему королевству и те кто ненавидит меня и называет лизоблюдом (и как ещё покрепче), найдут в ближайшие дни о чём почесать языки. Но меня это не касается. Я жил так с тех пор, как казнили отца, слыша за спиной совсем нелицеприятные эпитеты. При дворе можно выжить только так. Ну и охрана, конечно, не помешает…

Выходя из храма я почувствовал острую боль в правой ноге. Порез? Странно, откуда? А потом услышал, как ойкнула моя жена, неловко подвернув ногу, правую, если что.

Я подхватил её, не дав упасть и, не дожидаясь гостей, почти занёс в небольшую комнатку при храме. Небольшая деревянная дверь сбоку, куда ушли няня с сестрой моей жены, тьфу ты, княгини Дамьери. Кажется, это проходная комната, и она вела на колокольню. После того, что произошло в храме, не хотелось ни с кем видеться и встречаться. А тут и повод такой хороший нашёлся.

Я помог Натэлии сесть на узенькую кушетку.

– Очень болит?

– Нет, почти прошло. – Она, видимо, стеснялась меня. Я хотел предложить осмотреть ногу, но не смог. Обычно я не страдал отсутствием красноречия, но тут какая-то странная робость сковала меня. Девчонка сидела, поджав ноги, такая беззащитная и потерянная. Драги! Я же обещал не думать о ней! Да мне вообще нет до неё никакого дела!

– Спасибо, – произнесла тихо.

– За что? – Кажется я удивился.

– Что поддержали и не дали упасть.

Это она так кокетничает или ей действительно за всю жизнь никто не подавал руки?

– Пустяки, – ответил и встал, надеясь посмотреть – ушли ли гости во главе с Марком из комнаты и свободен ли путь.

– А что случилось с вашей женой? – Вопрос буквально пригвоздил меня к месту.

– Она умерла, – ответил как можно безразличнее. В конце концов пусть знает про Вивьен. Ей здесь всё равно не на что надеяться. А потом зачем то добавил. – В этот же день, как мы поженились.

И отвернулся.