Падаю в небо

Они выделялись из толпы не только броской одеждой, но и дурацкой манерой громко разговаривать.

– Добрый вечер, мисс Тернер

Я не сразу узнала профессора Чарльза в «гражданском» облике. Льняные брюки и распахнутая настежь рубашка, нисколько не выдавала его статуса.

– Мистер Чарльз – отчего-то улыбнулась я

– Просто Шейн, если тебе не трудно. Мы же не в учебной аудитории

– Тогда и вы зовите меня Макензи

– Договорились – вытянул руку, и я пожала ее

– Что привело вас, тебя на пляж Шейн? – я замешкалась с выбором местоимений

– Живу неподалеку.

А ты? – тоже взял камешек и запустил в океан

– Просто гуляю. Собираю мысли в кучу – я уселась на песок

– Можно? – Шейн ткнул на свободное местечко

– Пожалуйста

– Я могу спросить? – посмотрел на меня с выражением

– Конечно. О чем?

– О Дейтоне Несвилле

Я вздохнула и принялась рисовать на песке солнышко.

– Плохая идея, Шейн. Вот об этом, как раз таки, я и не хочу говорить

– Послушай, он не плохой парень. Ему нужна помощь, чтобы…

– Чтобы что? – я уставилась на профессора, едва унимая волнение

– Мать Дейтона умерла в тюрьме.

А его отец, пожалуй, самый неприятный человек, кого я встречал. Ты нравишься Дейтону, и я прошу тебя…

Я снова не позволила ему договорить.

– А вам какое дело до Несвилла? И вообще, что вы обо мне знаете? – поднялась на ноги

– Дейтон мой племянник. Его мать Роуз, была моей младшей сестрой. Так что, в моих словах можешь не сомневаться

– Знаете что, мистер Чарльз… Шейн, мне нет дела до Несвилла и ваших семейных проблем.

 Чао!

С яростью взглянула на него и двинулась к набережной зоне. Отчего-то все профессора решили, что я могу изменить чью-то жизнь! А в итоге, пользовались мной, как душа желает. Нет, снова наступать на те же грабли, я не собираюсь. Пускай даже, в голове Шейна, кроется иной умысел…

***

Дейтон безуспешно пытался наиграть новую песню, но, ни руки, ни гитара его не слушались. Возможно, от того, что его мозг плавает на пивных волнах. А в зубах, скрученный Спенсером косячок.

Дурман уже здорово забрался в сознание, и перед ним всплыла Макензи. Она была такой необыкновенной, когда шла к нему, чтобы отомстить. Ее грудь тряслась на ходу, приподнимая платье. Охренеть! От нее пахло мятной жвачкой и каким-то ягодным дезодорантом. Жгучая смесь. Оттянув ширинку, Дейтон напрягся. Ему хотелось эту девчонку, безумно хотелось. Он всегда доверял своим инстинктам. В груди сразу начинали сжиматься тугие клубки желаний.