Черный квадрат Казимира

А я помню! Помню, как наша воспитательница подошла ко мне и сказала: «Миша, вот новенькая девочка Маша. Позаботься о ней, покажи все, объясни, и никому не давай в обиду». Я тогда глянул на новенькую и обомлел. В красивом платьице, с бантиками в золотых волосах… Ну, дюймовочка, одно слово! И маленькая такая, просто крошка. Такую, конечно, нужно было никому не давать в обиду. Я и не давал.

Чарли с интересом наблюдал, как хозяин вонючей тряпкой размазывает по полу грязную воду. Когда лужа подобралась к самым лапам, пёс отошел на пару шагов и продолжал смотреть.

– В старшей группе детского сада мой друг Славка Савельев решил жениться, сначала на воспитательнице Надежде Алексеевне, потом на уборщице тете Вале, а потом на Насте из нашей группы. Влюбчивый он очень был, Славка, и непостоянный. А я только на Машке Гореевой собирался жениться и ни на ком другом! Просто ни у кого больше не было таких золотых волос и таких голубых-голубых глаз, как незабудки. Но, ты не подумай, что самым главным в Маше для меня была ее красота.

Вовсе нет! Она на самом деле классная девчонка, смелая, решительная, хоть и маленькая. Я с такой и в разведку бы пошел. Потом в школе, когда подросли, она вместе с нами, пацанами, и по крышам гаражей прыгала, и на деревья залезала, и на роликах на перегонки каталась. В компании с ней всегда было весело.

Миша отжал тряпку и пошел менять воду в ведре. Это надо же, сколько грязи накопилось, пока он пиво пил! Странно, почему многочисленные нотации тети Зои не возымели на него никакого действия, а стоило Маше Гореевой глянуть на него своими небесными глазищами… С удвоенной силой и энтузиазмом он принялся драить пол по второму кругу, пока паркетины не заблестели лунным блеском, освободившись от многих слоев грязи и пыли.

– Мы с ней в школе класса до шестого за одной партой сидели. Я ей каждый день портфель до дома носил. А чего? Живем в одном подъезде, только на разных этажах. Да и не хорошо дюймовочкам всякие тяжести таскать.

Она умница была, почти отличница. Я у нее по дружбе всегда математику списывал. А потом… – Миша разогнул спину и виновато посмотрел на своего собеседника. – Однажды какой-то придурок из класса назвал нас женихом и невестой. Это в шестом то классе! И мне стало стыдно, что я вожусь с девчонкой, таскаю ее портфель. Испугался, что пацаны надо мной смеяться будут и пересел за другую парту. Я ее предал, Чарли, понимаешь? Подло, трусливо предал.