Чернолунье

Сказать, что Лилит обомлела – ничего не сказать. У неё глаза на лоб полезли. Теплые губы впились в её щёку. В нос ударил горьковатый запах фиалковых духов, от которого закружилась голова. Хотя голова у Лилит закружилась не столько от этого, сколько от осознания, что её поцеловали. В щёку! Девчонка!

Не слыхано.

До этого никто не решался даже в полушаге рядом с ней стоять.

Ошарашенная Лилит даже не заметила, как девушка, хихикая, убежала прочь.

«Спасибо что не в губы», – успокаивалась она, оттирая помаду с щеки.

– Ты чего такой удручённый? – спросила Грэйс, зайдя за стойку и поставив перед Лилит тарелку, полную мясного рагу с крупно нарезанной, ароматной картошкой.

Ноздри девушки затрепетали, и она, забыв обо всем, живо накинулась на пищу. Грэйс смотрела на неё, умиляясь, но Лилит было не до этого.

– И что такой молодой парень забыл среди этих старых прожжённых наёмников? – поинтересовалась хозяйка паба, подперев голову рукой. – Неужели не было другого способа зарабатывать?

– Для меня был только один способ, – угрюмо ответила Лилит, кладя в рот вилку с мясом.

– Как жаль, – Грэйс с досадой поцокала языком. – Молодёжь не должна губить себя на такой опасной работе.

– Эта работа помогает мне жить.

«И не только в материальном плане», – хотела добавить Лилит, но не стала. Ни к чему кому-то знать подробности её жизни.

– Бросай ты это дело! – воскликнула женщина, топнув ногой. – Я бы с радостью взяла тебя в мою труппу. У меня и девчонки какие красивые, покладистые! Невесту мигом тебе подберём! Ты знай, я своих девчонок кому попало не предлагаю! Они мне как дочери…

Лилит ничего на это не ответила, лишь задумалась.

Что бы случилось, если бы сейчас она согласилась остаться? В силу её настоящего пола, возможно, её бы взяли одной из танцовщиц, а дальше? Всю жизнь протанцевала бы в этом кабаке, потом вышла замуж за какого-нибудь обдрюзглого рабочего и оставшуюся жизнь горбатилась бы по дому и воспитывала детей. Они бы выросли, устроили свою жизнь, и ей бы оставалось тихо и мирно доживать свой век среди внуков.

Никаких опасностей и приключений.

Нет уж. Так бы жить она не смогла. Это не её судьба. Её судьба забрасывает её и в огонь, и в воду. Она должна чувствовать, как закипает кровь, как растягиваются губы в безумной улыбке, как бешено стучит сердце в предвкушении опасности.

– Вижу, тебя не переубедить, – Грэйс тихо вздохнула. – Если передумаешь, дай знать. Для тебя здесь всегда найдется место.

На том и попрощались.