Дела эльфийские, проблемы некромантские

Она высунулась в окно по пояс так, что ее волосы белым флагом трепетали на ветру, и внимательно меня разглядывала.

– Тим, ты в порядке?

На глупые вопросы не отвечаю. Я склонился над кадкой, мечтая уже закончить затянувшиеся утренние процедуры.

Девчонка ждала меня за столом, ерзая на стуле от нетерпения. Дейма[20 - Дейм – бог Тьмы.] мне в попутчики, что-то задумала.

– Как ты их! – восхищенно запищала она. – А ты меня можешь так научить? Можешь?

– С чего бы вдруг? – скептически поинтересовался я, запихивая в рот кусок свежеиспеченного хлеба и запивая молоком.

По-моему, ничего вкуснее в этом мире человечество еще не придумало.

– Я тебя спасла! – торжествующе провозгласило недоразумение. – Теперь ты мне обязан жизнью и не можешь меня прогнать!

Ах вот он какой, гениальный план!

– А ты ничего не забыла, Pollie? На самый крайний случай мы с тобой квиты. Да и то говорю это, только чтобы сделать тебе приятное, я бы справился без чьей-либо помощи.

– Я тоже! – неуверенно пискнула девчонка, тут же растеряв все свое торжество.

– Да? Значит, мы вообще друг другу ничего не должны, так и быть, ночлег и еду я тебе припоминать не буду.

Прозрачно-голубые глаза потухли до грязно-серого.

– Тим… – В голосе слышались едва сдерживаемые слезы. – Пожалуйста… не бросай меня.

Мысленно я проклял всех тех, кто занимался моим воспитанием. Слишком хорошо занимался…

Все! С завтрашнего дня завязываю с благотворительностью раз и навсегда! Нищих буду обходить за милю, бабушкам на дорогах руки не подам, а от бедных-несчастных маленьких оборванцев буду удирать, как от эльфийского посольства в Греморе!

С завтрашнего дня.

А сегодня? Не бросать же на самом деле эту дурищу, пропадет.

– T?rein, – утомленно выдохнул я. – Но как только…

– Спасибо, Тим! – Девчонка с визгом повисла у меня на шее.

– Извините, если прерываю важный разговор, – прошелестело вдруг над головой. – Но у меня к вам, господин, имеется дело, которое, я думаю, вас очень заинтересует.

Сдернув с себя девчонку, я воззрился на худощавого мужчину, замершего в полсажени от нашего стола.

Одежда на нем была очень добротная, да и один перстень с печаткой на руке стоил немалых денег.

– Что угодно благородному господину? – Тем не менее вставать я не спешил.

– Вы разрешите присесть?

Я кивнул, сделав страшные глаза Полли, предлагая ей куда-нибудь испариться, но та проигнорировала мой взгляд. Впрочем, незнакомец, кажется, не возражал против ее присутствия.