Основные правила разведчика

– Вообще-то, я в любом случае бы занялась этим делом. Но грех отказываться от столь полезного поощрения.

И с этими словами я удалилась с гордо поднятой головой. Интересно только, это соглашение считать победой или поражением?

Я сидела на подоконнике напротив комнаты, где было совершено убийство. У большинства студентов сейчас были занятия, и я воспользовалась тем, что в коридорах жилого крыла сейчас пустынно как никогда, чтобы просмотреть пергаменты, которые выдал мне Арес. Сведения о погибшей девочке.

Пусть стража гадает, как убийца прикинулся Лессом, а я зайду с другой стороны. Кому и зачем нужно было прикидываться Лессом и убивать девочку? В расследовании любого убийства главное что? Мотив. Он может быть абсурдным, нелепым, неправдоподобным для остальных, но веским для преступника. И он есть всегда. Выяснить мотив, и порой полдела сделано.

Ее звали Таника Эйлетская, семнадцать лет. Я попыталась припомнить ее на занятии, но так получилось, что демон и оборотень тогда отвлекли все мое внимание на себя, так что другие ученики в памяти не отпечатались.

Я вздрогнула, когда кто-то вдруг плюхнулся рядом со мной на подоконник и весело вопросил:

– А что это вы тут делаете?

Легок на помине. Ли Д’арк собственной разноцветной персоной.

– А что это вы не на занятиях? – Я сощурилась.

– Меня выгнали, – беззаботно отмахнулся оборотень. – Теперь я должен дойти до сира де Асти и сообщить ему, что плохо себя веду.

– В таком случае, вы слегка ошиблись поворотом.

И этажом, – усмехнулась я.

– Можно подумать, для нашего обожаемого ректора будет новостью, что я себя плохо веду. Так что это? – Без всякого стеснения парень выхватил у меня из рук бумажки. Ну и нахал! Но сердиться на него почему-то не было абсолютно никакого желания.

Да и потом, они же однокурсники, провести, что ли, допрос с пристрастием?

– Вы хорошо ее знали?

– Танику? – Ли сунул мне пергаменты обратно, не найдя там ничего достойного его любопытства. – Знал.

Мы семь лет вместе отучились.

– И что скажете?

– Девчонка как девчонка. Не сахар, конечно, но и плохого про нее сказать не могу.

– А почему не сахар? – продолжала допытываться я.

Ли смешно наморщил нос.

– Любила всем грозить своим таинственным папашей.

А вот это любопытно. На просьбу «а поподробнее?» парень задумчиво взъерошил волосы.

– Она безобидная была, только ершистая. Чуть слово против нее скажешь, сразу переходила в нападение.