Мистерия

Наверное стоило выбрать что-то более стильное, но в то время она стремилась не улучшить, а только понять его вкус.

Пока Дима с Лёшей обменивались рукопожатиями, Лиза присела на лавочку, чувствуя, как воспоминания набухают и распускаются в голове, словно китайский чай-цветок.

– Надо же, ты её не выкинул? – не удержалась от вопроса Лиза.

Дима оттянул низ футболки и перевёл взгляд на принт.

– Нет, капелька, она мне нравится.

Лиза вздрогнула от неожиданности.

– Не называй меня так!

Она оглянулась на Лёшу в поисках защиты или совета, он смотрел в сторону.

Как следует себя вести?

– Извини, я ещё не привык, что мы не вместе, – объяснил Дима, но буря в её сердце уже поднялась: ласкательное слово родом из прошлого всколыхнуло и боль, и остаточные нежные чувства. Может, им двоим уже не быть друзьями, как в детстве? Может, сам Дима к этому не готов?

– У тебя было полно времени, солнышко, – парировала она.

Дима, видимо, не почувствовал иронии и слишком уж открыто, простодушно улыбнулся.

С надеждой, как показалось Лизе.

Наконец, Лёша вмешался:

– Дима, у тебя ведь с собой карты? Нас всего трое, давайте в «верю – не верю» сыграем.

Кивнув, Лиза постаралась собраться. Лёша раздал всю колоду на троих. По правилам «верю – не верю» карты передаются по кругу, рубашкой вверх, и озвучивается номинал, например: «Три шестёрки!» Следующий игрок должен угадать, правда это или ложь, и либо добавить карты от себя, либо проверить, действительно ли на столе лежат шестёрки.

Все карты уходят тому, кто ошибся в проверке, или пойманному на лжи.

Лизе нравилось блефовать, и особое наслаждение сулило то, что Дима часто проигрывал: быть может, из-за медлительности, или в силу природной неспособности считывать чужие эмоции. За те десятки часов, что прошли с его приезда в Керчь, у них не было случая объясниться, и затаённая обида отравляла Лизе кровь. Будет приятно увидеть, как Дима останется в дураках, для начала хотя бы в картах.

Она села вплотную к Лёше, уверенная, что друг не станет подглядывать.

Пару партий спустя мнение пришлось пересмотреть: похоже, прекрасно видя карты, он ей подыгрывал.

– Ещё две десятки! – сказала она с азартом, понимая: в этом круге Дима загребёт полколоды.

От напряжения его щёки покраснели: небось, начал догадываться, что один играет против двоих. До разоблачений дело не дошло: все они отвлеклись, когда заметили Гришу, появившегося из арки дома-змеи.