Хороший опыт

Но, нет, мистер Райс играл в свою никому неведомую игру, где он был ведущим игроком.

Мирна привстала и потянулась, затем спрыгнула с моих колен и побежала искать своих приятелей, которые наслаждались прохладой ночи где-то внутри дома.

Я вытянула занемевшие конечности, взглянув на свои ступни, которым впору детская обувь. Меня пробрала дрожь, когда я на мгновение приоткрыла ставни, впустив почти свежее воспоминание в свой разум. Я сама виновата во всем! В том, что поддалась жажде избавиться от одиночества и в том, что добровольно позволила проникнуть ему в свою жизнь.

Временами гордость, слабость, страх подавляют наши исинные желания и способность здраво мыслить. Ну, что же, Стана, собирай плоды заморских фруктов с древ, что ты посадила. Идиоткой и слабовольной ты слепила себя сама, а не Колин.

Я поежилась от ночного бриза. Совершенно не хотелось спать. Мой взгляд упал на соседнее кресло, где лежал тонкий шерстяной плед.

Намного приятней, когда тебя согревают горячие объятья самого желанного человека! Но сегодняшнюю ночь я проведу в компании двух мужчин: пьянящего сицилийца и шотландца, вытканного из овечьей шерсти.

Проснулась я совершенно разбитой. Смена часовых поясов, нервы, потраченные впустую из-за несостоявшихся переговоров и мерзкий будильник, вопящий, что уже шестой час вечера и время приводить себя в божеский вид, так как, вскоре Тома со Златой потащат тебя в клуб или бар топить горе в алкоголе.

Я с трудом заставила себя подняться с постели. Наверно, темные круги под глазами стали еще явственней.

Жаль, что сегодня не Хэллоуин, а то я могла бы и без костюма сойти за зомби.

– Давай, Стана, двигай своим тощим задом в ванную, – подбодрила я себя, услышав, как заурчало в животе. Я не ела еще с Хорватии. Боялась, что стошнит в самолете. Ладно, перекушу что-нибудь в пабе. Пить на голодный желудок, чревато губительными последствиями.

В дверь постучали, как раз тогда, когда я уже была почти готова: узкие джинсы, бежевая туника до бедра и кроссовки.

Волосы я не стала вытягивать, оставив их непослушными волнами спадать ниже лопаток. Макияж тоже был не к чему. Наращенные ресницы – мое счастье. Не надо краситься ежедневно, да и выглядят они, как настоящие.

На пороге была ни Злата и даже ни Тома. Полноватый мужчина лет шестидесяти, возможно и старше, среднего роста, полностью седой и с пышными усами. Он был облачен в темную двойку, и прижимал к груди кепку шофера, точно такую же, как в голливудских фильмах.