Анна и бесконечность

– Эй, Адам! А ты дверь-то закрыл? – спросила Анна неожиданно.

– Нет. Ну мы же ненадолго?

– Всегда закрывай за собой дверь! Что за дурацкая привычка!

– Кто сюда вообще прийти может? Ты кого-то ждешь? Точнее… не ждешь?

– Так, ладно. Стой тут. Я быстро, закрою и вернусь.

После этих слов Анна полезла обратно наверх, оставив Адама одного размышлять.

«Кошка… Кошка… Жаль, не корова. Корова была бы полезней. Но это не важно. Можно многое сделать из кошки. Сначала клонировать. А потом заняться селективными мутациями.

За пару десятков лет у нас у всех будут домашние животные, и не только! Уверен, она будет хорошим средством передвижения, что-то вроде лошади. Но для этого придется долго работать над генами. А еще можно и корову из нее сделать. Ну в смысле молока там… У кошек же есть молоко, они же млекопитающие… Ах да! Как насчет шерсти? Что-то вроде овцы из кошки тоже может получиться. У нас будут шерстяные пледы! Прямо как в книжках! Так… ну и, конечно, мясо. Да, наконецто! Животный белок! То есть превратить кошку в свинью. Думаю, это будет даже легче, чем в лошадь или овцу. А вообще странная она, эта Анна… Облучение, видимо, сыграло ключевую роль. И место это тоже странное. Что это вообще такое? Нужно просто взять кошку и возвращаться обратно…» Мысли Адама наполняли его надеждой и радостью, но были прерваны неожиданно быстрым возвращением Анны.

– Ну все, закрыла. Пошли. Держи мою руку, тут темно.

– Как ты так быстро? По моим расчетам, ты не могла еще даже долезть доверху, не то что спуститься.

– Это просто ты медленный. Пошли давай.

Адам взял руку Анны. Она была мягкая и холодная. Точнее, не то чтобы холодная, ее температура была такой же, как у окружающей среды. Его же рука была намного теплее. Они медленно шли по тоннелю, под ногами была земля. Проход был очень узким, рассчитанным только на одного человека, но длинным. Анна сворачивала то влево, то вправо. Назад дороги Адам сам не найдет, ему это стало ясно после седьмого поворота, после этого он сбился со счета.

– «Кротовья нора» – я так назвала это темное творчество. Хотя можно было бы, конечно, назвать «Лабиринт Ариадны», это поэтичней, но менее правдиво. К моему прискорбию, я еще не завела тут бычьеголового мужика-минотавра. Кстати, как ты смотришь на мое предложение? – Анна попыталась посмеяться, но у нее это не вышло. И после нескольких монотонных «ха-ха-а-а» она прекратила это бесполезное занятие.

– Ты о чем вообще сейчас сказала? – Адам ничего не понял.