Смысл ищет Марию

Мне ответили, что мой руководитель им уже звонил и просил срочно заменить меня другим секретарем, но ему объяснили, что, поскольку замены нет, придется потерпеть мою персону еще некоторое время.

Так что, несмотря на вторую попытку уволить меня, я продолжила ходить на работу в этот банк и понемногу разрушать его.

Через несколько дней по офису поползли слухи. То тут, то там я встречала людей, которые активно обсуждали что-то, упоминая имя моего начальника. Оказалось, что удар, который я неосознанно нанесла ему, был фатальным.

Московское отделение банка значительно ухудшило финансовые показатели, и высшее руководство во Франции было недовольно. А мое письмо вскрыло тот факт, что на самом деле этот человек не ездил ни в какую командировку, и отпуском это не было. Он просто поехал развлекаться в Италию, надеясь, что во Франции ничего не узнают. Понятно, что поездка была за счет компании, и вдобавок ко всему, он был не один, а со своей подчиненной, которую я недавно видела сидящей у него на столе.

По всей видимости, это было последней каплей, и его решили уволить. Вот так и получилось, что я, неудачница-секретарша, решила судьбу человека, привыкшего во всем быть победителем. Не мне судить, хорош он был или плох. Возможно, это было правильное решение – уволить его, однако преемника у него не было, и банк начал медленно погружаться в хаос. За процессом распада я наблюдала дольше, чем ожидала. Две недели прошли, но девушка, которую я замещала, пока она была в отпуске, серьезно заболела и попала в больницу, так что меня оставили еще на месяц.

Во время перекуров я общалась с Катей, менеджером клиентского отдела. Катя была в курсе всех новостей и в красках расписывала, что происходит в банке. Начальники отделов бросились в конкурентную борьбу, желая сесть в кресло управляющего. Это была настоящая война, в которой все средства хороши. Как следствие, рядовые сотрудники, сообразив, что за ними никто не следит, расслабились, пустив дела банка на самотек.

Отлаженный механизм все чаще стал давать сбои.

Анна знала, какую роль сыграло мое письмо в увольнении начальника. Она дала мне кличку «разрушитель» и любила использовать ее по поводу и без. Одновременно она старалась избегать меня, считая, что так будет безопаснее для нее. Сотрудникам, с которыми она общалась, она также рекомендовала держаться от меня подальше.