Новенькая для коменданта

– Принципиальный, исполнительный, жесткий. Он мог бы построить блестящую карьеру в армии, если бы не досадное ранение, – с сожалением изрекла Вивека. – Женщины сходили по нему с ума, сослуживцы уважали и равнялись, а потом его просто слили, оставив лишь звание капитана, но отлучив от службы. Даже невеста разорвала с ним помолвку. Вернула колечко простым письмом. Да его ж отшили, прямо как тебя!

– Что за ранение могло так сломать ему жизнь? – недоумевала я, уже искренне жалея Гидеона и чувствуя какое-то приятно щекочущее родство с этим мужчиной.

Не только мои мечты превращаются в труху из-за обстоятельств.

– В одном из походов его отряд наткнулся на проклятый артефакт, содержащий в себе разрушительную темную энергию. Короче, должно было рвануть и всех прикончить, а Дайхард накрыл артефакт своим телом, впитав в себя тьму и заключив её в себе, как в сосуде, – торжественным шёпотом рассказала Вивека, а я пыталась подобрать упавшую челюсть. Что я только что услышала? Темный ректор, бывший солдат, герой войны, брошенный невестой.

Мне определённо кажется, что я читала любовный роман с таким сюжетом.

– Поверила? – хохотала Вивека, и я даже обиделась, ведь серьёзно хотела узнать побольше о будущем начальнике.

Насупилась, как в детстве, и сестра обняла меня за плечи.

– Да не дуйся, Ло.  Уж лучше я расскажу тебе эту байку, чем над тобой подшутят коллеги в академии. А вообще про Гидеона ходит много слухов. О, погоди-ка, что я придумала!

Она встала в полный рост, тряхнула короткими волосами, и с ней вдруг начало происходить что-то до ужаса забавное.

Одежда менялась, мышцы на сильных руках становились все меньше, а лицо более женственным. Пропали побелевшие от времени шрамы, а из мочки уха исчез веер из колечек. Каждой новой серьгой Вивека отмечала успешно выполненное задание руководства, и на её левом хряще уже почти не осталось свободного места. Интересно, что прокалывать она будет следом?

Я уже догадалась, что Вивика откатывала время вспять, чтобы показать мне своё воспоминание о Гидеоне.

Спустя несколько минут ворожбы передо мной стояла долговязая нескладная девчушка с веснушчатым носом и неровно подстриженными каштановыми космами. Её прямая челка смотрелась особенно нелепо. Такой я и помню сестру в тот день, когда он сбежала от папеньки в армию.

– Назовись, новобранец! – приказал баритон с лёгкой хрипотцой и принадлежащий ещё не успевшему материализоваться фантому.