Осмелься или беги

Он резко убрал руку и, все ещё не отрываясь от моих губ, пробормотал:

– И чего это ты задумала, Хиз?

– Хочу тебя, —томно выдохнула даже не задумываясь, и парень рассмеялся.

Это было не зло или с издёвкой. Тони на такое неспособен. Тот смех был защитной реакцией в повисшей в салоне атмосфере неловкости.

– Хизер. Хизер, – он повторял моё имя тоном учителя, уличившего студентку в списывании.

Молчала, стараясь снова не расплакаться и сохранить лицо. Не хватало ещё одного жалостливого взгляда.

– Кое у кого сегодня потрясение.

Тебя чуть не изнасиловали, и ты чудом спаслась. Это выброс гормонов. Давай не будем сейчас пороть горячку, окей?

– Это не горячка, Тони! Разве, ты не понимаешь?

Он нахмурился, а глаза из ласковых светло карих стали непроницаемо тёмными.

– Гектор мне голову оторвёт, если я тебя хоть пальцем трону.

– Значит, всё дело только в моём старшем брате? Я поговорю с ним. Я же не маленькая девочка, в самом деле, он поймёт, – тараторила, цепляясь за любую надежду, не понимая, что Энтони всего лишь не может послать меня открытым текстом.

– Давай обсудим это завтра, Хиз. Уверен, утром ты проснёшься и с ужасом осознаешь, что чуть не переспала с придурком из дома напротив.

Обещанное завтра не наступило. Мы не общались почти месяц после того случая. Здоровались на бегу, когда Тони рывком срывался на своём пикапе с подъездной дороги, разбрасывая колёсами гравий в разные стороны.

Потом я наврала Гектору, что у меня появился парень и даже стала пропадать по вечерам, правда, в городской библиотеке.

Мама с папой не могли нарадоваться на мои успехи по предметам, а Энтони перестал шарахаться и вскоре всё вернулось на прежние рельсы.

Так какого чёрта он заставляет меня снова пережить ту секундную эйфорию, за которую я расплачивалась весь этот год? Притворялась, что всё в порядке. Стала отличницей. Подыгрывала, строила из себя ту самую младшую сестричку, лишь бы быть с ним рядом.

– Хи-зер, – он помахал рукой у меня перед лицом.

– А?

– Помнишь подработку у Хатчетов, говорю?

– Хотелось бы забыть.

Тони наградил меня своим фирменным смешком, и в груди снова зазвенело. Голосок надежды, который старательно душила в себе, оживился и напомнил об обещанном разговоре. Вдруг, именно сейчас парень решил обсудить тот поцелуй и наши чувства?

– Будешь моей Бонни*?

– Что? – у меня словно из груди воздух выбили. Ещё бы! Энтони буквально процитировал популярное признание в любви на День святого Валентина.