Шпаргалка для некроманта

– Это бесчеловечно, она ни при чем! Поверьте, мы просто оказались не в том месте не в то время! Отпустите ее!

– Она некромант! К таким людям всегда будет повышенное внимание и особый спрос. Мне правда жаль, но это распоряжение Скьерзилдена. Вам предоставят несколько дней освобождения от практики, чтобы выходить сестру.

Натт слушала этот диалог, и ей едва удавалось оставаться в сознании. Ее ждет что-то настолько ужасное, что даже брат на грани обморока. Что в том шприце и для чего нужен деревянный брусок?.

– Ложитесь на кушетку, госпожа Мёрке. Господин Форсворд, пристегните вашу сокурсницу ремнями, чтобы она не покалечилась.

Синд с удрученным видом затягивал ремешки на запястьях и щиколотках некромантки.

– Прости меня, Натт… Потерпи, это быстро закончится, я знаю, – шепотом успокаивал ее мальчик.

– Тебе делали нечто подобное? – тихо спросила его Натт, и Синд мрачно кивнул.

– Дважды. Как видишь, живой.

– Зажми это зубами, – стремительно подошедшая к кушетке инквизитор всунула в рот девочки тот самый брусок.

После этого она поднесла шприц к дрожащей венке на виске Натт, отточенным движением вонзила иглу и надавила на поршень.

Такого девочка еще никогда не чувствовала… Это было хуже, чем истязания розгами в Ри’Вилле, даже страшнее одержимости демоном. Чистая, первозданная боль. Натт со звериным рыком вгрызалась зубами в деревянный брусок, а ногтями сдирала обшивку кушетки. Единственное, что не давало сойти с ума от боли, это вкрадчивый голос седовласого двойника Синда в голове: «Терпи, моя Мёрке.

Форсворд смотрел, как наливаются кровью глаза некромантки. Щепки от бруска впились в губы и десны девочки. Лучше бы она кричала. Синду рассказывали, что он сам громко и истово орал при таких пытках, но он ничего не помнил. У него остался лишь ужас перед лицом инквизиции. А что станет с Натт Мёрке?

– Еще немного, – служительница считывала последние фрагменты из памяти девочки.

Жестокий способ. Куда гуманнее было бы позвать ментального мага и безболезненно вытащить нужную информацию. Однако инквизиция не принимает таких доказательств. По мнению дознавателей Скьерзилдена, данные можно подтасовать, подменить ложными видениями, потому этот старый зверский метод до сих пор пользуется такой популярностью.

Сама инквизитор не испытывала удовольствия от истязания девочки.