Флирт на поражение

И, если это уж так ему нравится, она могла бы заказать у реконструкторов платье в стиле тринадцатого века…

– Вот ты где! – огорошил Женю суровый возглас, и она чуть не выронила томик Расине. Удержала в последнюю секунду, и от одной мысли, что еще немного – и пожелтевшие страницы ворохом разлетелись бы по полу, Женю прошиб холодный пот.

– Боже… – Она положила книгу на стол и, схватившись за сердце, перевела дыхание. – Нельзя же так пугать…

Но Ирина Леонидовна Цейлер, директор библиотеки, была иного мнения.

– Нельзя по полдня торчать в хранилище! – резко перебила она.

 – Замучилась тебя искать! Абонент не абонент, в читалке люди спрашивают, а ты… – Цейлер покосилась на французский раритет. – Сколько раз повторять, девятнадцатый век мы временно не показываем!

Женя опустила голову и поморщилась. Украдкой, чтобы Ирина Леонидовна не заметила.

Если остановить на улице случайного прохожего и попросить, чтобы он описал типичного библиотекаря, человек с вероятностью в девяносто девять процентов обрисует эдакую интеллигентную старушку с высоким пучком и тихим шелестящим голосом.

Так вот, портрет этот был бы полной противоположностью Ирины Леонидовны. Жесткая феминистка слегка за сорок, казалось, просто перепутала однажды магистратуру библиотечного и архивного дела с Международной бизнес-академией. В каждом ее движении сквозила властность, а голос рассекал умиротворенную тишину ударами кожаного хлыста. И бог с ним даже, с голосом: Цейлер вечно требовала от подчиненных какой-то бессмысленной активности, не имеющей никакого отношения к книгам. То круглый стол организовать, то флешмоб, то ролики для соцсетей… Будто это и не библиотека вовсе, а маркетинговая корпорация. Спасибо, до тимбилдинга пока не дошло.

– Я просто проверить состояние книги хотела… – сымпровизировала Женя, но не тут-то было.

– Плевать мне на книгу! – кощунственно отрезала Цейлер. – Где, я тебя спрашиваю, афиши Веригиной?!

«Кого?» – чуть не ляпнула Женя, но вовремя прикусила язык. Все ее планы на день – свидание сначала с Расине, потом с Кириллом – разлетелись в ошметки, как арбуз, расстрелянный в упор из двустволки.

Илона, черт бы ее подрал, Веригина.

Женя еще месяц назад обещала провести встречу с читателями для этой третьесортной поэтессы. Цейлер изо дня в день наворачивала круги у Жени над головой, как сова над мышиной норкой, и требовала устроить какое-то публичное мероприятие, а Веригина как раз принесла в дар свой очередной сборник о тленности бытия.