Любовь с первого клика

Именно оттуда доносился свистящий звук.

И в тот момент, когда от разгадки Лену отделяли какие-то пара метров, раздался хлопок. Фетисова вросла в пол. Она ни разу не имела дел с огнестрельным оружием, даже в тир в детстве не ходила, но вот боевиков посмотрела достаточно, чтобы знать: именно так звучит выстрел из пистолета с глушителем. И прежде, чем она смогла унять бешеную гонку пульса и убедить себя, что находится в офисе солидной социальной сети, куда оружие пронести едва ли не сложнее, чем в аэропорт, сзади послышался мужской голос.

– Твою мать! – крикнул кто-то. – Сдохла!

Вот тут-то и сработал злосчастный рефлекс «бей или беги». Драться Лена не умела, а потому сорвалась с места с такой скоростью, будто весь последний месяц только и делала, что готовилась к спринту. И плевать, что по пути она задела какой-то провод, и за спиной что-то с грохотом рухнуло – это лишь придало Лене ускорения.

– Стой! – окликнули ее.

Но Лена даже не обернулась. Инстинкт самосохранения, дремавший в ней всю сознательную жизнь, проснулся и заверещал пожарной сиреной: «Никаких переговоров с террористами!»

Прежде стеклянные стены офиса еще не видели таких скоростей.

Жаль только, что Лена, унося ноги, тоже не увидела одну из этих стен. Клининговая компания отработала на славу: стекло без единого развода и бликов было чище воздуха в Альпах. По крайней мере, до столкновения с носом Фетисовой.

Удар – и Лену отбросило назад, лопатки впечатались в ковролин, а офисный полумрак сменила непроглядная тьма.

– Юля?.. То есть… нет… Лена? – Лицо Томского в ореоле радужного свечения парило перед ней в вакууме и немного двоилось, не переставая при этом быть образцом совершенства.

Лене даже слышалось отдаленное пение ангелов. Если она попала в рай, то он ее вполне устраивал.

– Ян, – выдохнула она с безмятежной улыбкой и лишь тогда ощутила на губах что-то липкое и соленое.

Свечение моментально померкло: вряд ли в Эдеме бывают сопли! Лена дернулась вверх, пытаясь сесть и одновременно вытереть нос тыльной стороной ладони, но в голове зашумело, а желудок мучительно сжался.

Фетисова не знала толком, реален ли Томский или это всего лишь плод ее измученного любовью воображения, но ни перед настоящим, ни перед эфемерным шефом она бы не опустилась до тошноты. Медленно выдохнула, вытянув губы маленькой буквой «о», а потом снова заставила себя поднять взгляд.

– Ну хорошо, хоть меня вы узнали.