Любовь и прочие яды

Он обладал добрым нравом, бесхитростной натурой и жутко прямолинейным характером.

И мне это нравилось.

Я впорхнула в таверну, предвкушая уютный вечер. Внутри было тепло и довольно многолюдно, все же выходной. Стягивая на ходу шарф, я поискала глазами Энди. Тот сидел в углу зала и прихлебывал что-то из огромной глиняной кружки.

– Привет! – звонко чмокнув его в щеку холодными губами, поздоровалась я.

– Ну привет, – как-то кисло улыбнулся Энди.

– Что-то случилось? – нахмурилась я. Впервые в жизни я видела парня таким расстроенным, что всерьез забеспокоилась.

– Да вот… – как-то неопределенно начал Энди. Помолчал, сжав кружку так, что, кажется, той стоило хрустнуть. И выдал: – Случилось, да. Ты и случилась. Я тебя так… весь к тебе… а ты… – горько закончил он.

Нет, парень и раньше особым красноречием не отличался, но сейчас бил все рекорды. Закоротить его могло лишь в одном случае: он как-то прознал про мое настоящее происхождение.

– Эй, это же я, – сказала успокаивающе и коснулась пальцами его рук.

Энди вздрогнул от моего прикосновения и отшатнулся, заставив нахмуриться.

– Да что с тобой?

– Со мной-то все нормально, – огрызнулся парень, спрятав руки под стол, – а вот с тобой, видимо, нет. Что, красивой жизни захотелось любым способом? Сын кузнеца недостаточно хорош для бедной столичной сиротки?

– Да о чем ты?! – опешила я.

– Еще и отпираешься. Бросил тебя столичный щеголь, решила обратно прибежать? Так мне потасканные не нужны.

Медленно, очень медленно до меня доходила причина происходящего. Прогулка с братцем не прошла бесследно! Пока я соображала, как объяснить, откуда у сиротки взялся красавец старший брат, Энди брезгливо скривился и припечатал:

– Шлюха.

От возмущения у меня аж дыхание перехватило. Да как он посмел?! В моих жилах течет чистейшая кровь, какой, наверное, и у королевских детей не бывает, а этот узколобый смерд…

Смерд же, видимо, приняв мой возмущенный вид за что-то другое, кинул на стол пару монеток, разрешил подавальщице забрать себе сдачу и покинул таверну.

А я так и осталась сидеть, сжимая кулаки в бессильной злобе. Вот что мне делать? Бежать и доказывать обратное? А станет ли слушать? А стоит ли вообще доверяться этому человеку, раз он так легко поверил сплетням?

* * *

Не знаю даже, сколько времени я так сидела, погруженная в свои мысли, пока ко мне не подошла подавальщица и сочувственно не спросила, принести ли чего.