Сакрум

Канцлер приказал поговорить с тобой, успокоить, залечить душевную рану… Но все это бред.

Говард указал рукой на потрепанный диван у стены. Юнис послушно села, сложив руки на коленях.

– Раны ты тут свои не залечишь. Не в этом месте, не так быстро, – мужчина говорил так, будто все понимает, но девушка видела, что он переигрывает. – А вот новые получишь. Так что не будем терять времени. Совет такой: слушай меня, если хочешь выжить.

Юнис недоверчиво взглянула на мужчину, который выпивал очередной стакан. Если он тут главный, то почему все время пьет? Неужели жизнь военных не такая сладкая? Хотя вряд ли этот пьяница является военным.

– Скажу честно, мне на тебя плевать точно так же, как и на остальных призывников. Но люди сверху приставили меня к тебе. Они думают, если у вас будут наставники, то есть менторы, то вам будет легче освоиться в Кастрисе, – Говард посмеялся над своими словами и взглянул на Юнис.

– Если вам все равно, тогда зачем я здесь? – недоверчиво спросила девушка, сложив руки на груди.

 – Мне тоже плевать.

Говард усмехнулся этому жесту и уселся в свое кресло, небрежно закинув ноги на стол. В одной руке он все еще держал бутылку, в другой – стакан.

– Ты нужна мне. Пока не могу сказать, для чего, но нужна.

– Хотите меня использовать?

– Именно. И ты сама согласишься на это, потому что Фридман виновен в смерти твоего брата.

– Маркус Фридман? – Юнис вскочила на ноги, задрожав от злости. – Главнокомандующий?

– А! Уже захотелось отомстить? – довольно оскалился Говард.

 – Попридержи коней. Сначала тебе нужно выжить после инъекции…

– Что за инъекция? – с недоумением спросила Юнис.

– Скоро узнаешь.

– И все-таки? – девушка с просьбой в глазах смотрела на Говарда. Мужчина раздраженно вздохнул, поставив бутылку на стол. Он почесал свою щетину на подбородке, а затем убрал ноги со стола и выдвинул ящик, желая что-то найти среди бесконечных бумаг.

Девушка терпеливо ждала, теребя в руках прядь своих волос. Наконец, Говард задвинул ящик, достав оттуда железную коробочку.

Юнис с замиранием сердца следила, как он открывает ее, но ее взгляд тут же потускнел, когда оттуда мужчина достал сигару. Девушка снова была готова взорваться от злости. Этот Говард оказался просто невыносим. Он закурил сигару, словно оттягивая время.

– Инъекция – это первый этап. Естественный отбор призывников, – проговорил мужчина и выпустил кольцо дыма. –  Я думаю, тебе известно, что людей забирают на так называемую «службу» уже десятки лет.