Всё золото мира

Ни следа щетины – гладко выбритые щеки отливали синевой. От него пахло дорогим одеколоном, но чтобы почувствовать этот запах, надо было какое-то время провести с ним рядом – это был не тот случай, когда человек шествует в облаке дорогой парфюмерии, настолько густом, что человек прошел, а облако позади него остается.

И костюм у него был дорогой. Но даже не в этом дело – костюм надо уметь носить, а это умение Илона, как профессиональная модель, распознавала сразу. А то, что Фрэнк – приезжий, а не местный, Илона поняла еще до того, как Макс произнес «Мой друг, приехал из Южной Африки».

Словом, это был шанс, которого можно ждать годами – так подумала Илона Фаркаш.

И все-таки Илона поглядывала на Фрэнка с некоторым недоверием и опаской: мало ли, да, этот человек ей приятен, да, он отличается от окружающих, да, она тоже ему может быть не безразлична… Но опыт предыдущих общений научил Илону твердо помнить, как хрупка эта кажущаяся гармония, как выстроенный для себя её хрустальный дворец может рухнуть от одного жеста, от одного неосторожного слова.

Первый вечер получился прекрасным, они с Фрэнком встретились на следующий день уже вдвоем и ночь провели вместе. И вместе проснулись – а после определенного возраста проснуться вместе для людей, уже имеющих жизненный опыт – это тоже серьезное испытание. Они его прошли успешно – им было хорошо. Так началась эта связь, которая тянулась три с лишним года. Надоедать друг другу они не успевали: Фрэнк проводил в Лос-Анджелесе не так уж много времени.

К Илоне относился нежно, заботливо, предупредительно – скорее, как муж, чем как любовник. Был он не скуп – то есть деньгами не швырялся, но снял для Илоны уютную квартиру в Вествуде, одном из самых престижных и уютных районов Лос-Анджелеса. И снабжал деньгами на жизнь. А еще – в отличие от предыдущего любовника не устраивал сцен ревности. Так что Илона вроде бы могла быть жизнью довольна….

* * *

– Весь вопрос в том, что вы понимаете под хорошей жизнью! – Максуд Вазири, он же Макс Вази – на американский манер – принимал Потемкина в огромном кабинете со стеклянными стенами на двадцать первом этаже.

За окнами лежал почти игрушечный старый Лос-Анджелес – белые домики с красными крышами уютно прячутся в зелени садов, кое-где сквозь зелень отсвечивает лазурь бассейнов. – Я не собираюсь вам читать лекции о том, как надо жить правильно. Просто вы задали вопрос о работе лоббиста.