Всё золото мира

Короче, Илона захотела выйти замуж за Фрэнка Франклина. И вовсе не потому, что формализация их отношений ей что-то добавила бы во мнении окружающих или в собственной самооценке – нет! Просто появились мечты о том, о чем она раньше и мечтать не могла – надежном жизненном фундаменте и стабильности. И Илона решила попытаться стать женой Фрэнка. Почему бы и нет? Он сам говорил, что создан исключительно для семейной жизни. И вообще, не зря говорится, что лучшее – враг хорошего.

Илона знала, что Фрэнк осторожен. Он и жить к ней окончательно не перебирался – его всегда ждал номер в отеле «Четыре сезона» или в каком-то другом пятизвездочном отеле.

Фрэнк объяснял это требованиями бизнеса. А у Илоны Фрэнк бывал как бы в гостях – даже когда оставался на несколько дней… Зная характер Франклина, Илона понимала, что главное – не спугнуть его. А потому она долго выбирала нужный момент, чтобы впервые даже не заговорить на эту тему, но попробовать почву – насколько казалось ей опасным то, что она задумала.

Внутри себя Илона была готова и к тому, что это не просто трудно, а почти безнадежно… Потому что знала – и из разговоров в компании, и из отрывков бесед Фрэнка по телефону, при которых Илона присутствовала, что в ЮАР у Фрэнка есть жена. Еще знала, что детей у них нет и живут они мягко выражаясь, не слишком хорошо… До поры она об этом ничего не спрашивала, а сам Франклин разговоров на эту тему не заводил.

Но однажды, он вышел из ванной с трубкой в руке и закончил разговор в тональности, для него совершенно необычной.

«Хва-а-а-тит! – говорил он в трубку, растягивая слова. Он не кричал, нет, но для Фрэнка такой тон был хуже крика. – Хва-а-а-тит, я тебе говорю! Мне надоело, что мной постоянно пытаются руководить. Да, это и к тебе относится… Может быть, даже к тебе – в первую очередь.»

Он нажал кнопку отбоя и сел за стол завтракать, не снимая халата – тоже на него совершенно непохоже. Он всегда садился за стол аккуратно одетый. Илона молча налила Фрэнку чай, села напротив и смотрела на него прямо, ни слова не говоря.

– Я у тебя в Лос-Анджелесе для того, чтобы тебе было удобно и приятно, – науконец сказала она негромко. – В постели, на людях, на концерте, на приеме… Ты считаешь, что этого достаточно. Но я знаю, что тебе нужен человек, на которого ты мог бы опереться. Однако я не привыкла навязываться. Никому. И тебе – тем более. Поэтому, если то, что я сказала сейчас, хоть в какой-то степени неверно – забудь мои слова.