Игрушка для психопата

Напротив стоял письменный столик с ноутбуком, всё время подключенным к зарядке. Книжный шкаф был заполнен книгами и учебниками, кроме верхней полки. Белые обои с фиолетовым орнаментом и блестящей лавандовой вставкой по низу выглядели приятно в сочетании с полупрозрачными сиреневыми шторами. У дивана комод с оторванными ручками и потрескавшимся покрытием. Анфиса заранее освободила для меня один из ящиков, и я без старания скинул туда свою одежду. Пальто и куртки определил в шкаф в прихожей к её курточкам.

Я сразу понял, что кровать занята, и потому уселся на диван.

Моя новая соседка гремела на кухне тарелками, и я был рад, что мне не приходится этим заниматься. Квартирка казалось уютнее, чем родительский дом.

Запах. Нежный и приятный, он преследовал меня с момента приезда. Так пахли подушечки на диване, плед, кухня и прихожая. Вся квартира пахла Анфисой, мягкой уютной Анфисой. От этого становилось тепло на душе.

Она зашла в комнату и села рядом, одёрнув халат, и без того скрывавший всё самое интересное.

– Как ощущения?

– В смысле? – я немного не понял вопроса.

– В целом, – тихо разъяснила она. – От переезда. От моей квартиры.

– Приятные. Я рад, что ты позволила мне у себя пожить.

Почему-то мне казалось, что я говорю совсем не то, что мне хотелось бы сказать на самом деле, и сижу на расстоянии, но желаю быть как можно ближе.

Она смутилась и чуть опустила голову:

– Хорошо.

Анфиса поглаживала пальцами обивку. Её маленькая ладонь казалась желаннее, чем когда-либо.

– Кажется, мы впервые наедине.

– Ага.

Она не права, но, видимо, забыла про момент в гримёрке. Или просто решила вычеркнуть из памяти. Я не стал спорить.

– Чем ты увлекаешься? – сидеть молча не хотелось, и я перевёл тему.

– Я рисую. Вышиваю крестиком. Мне нравится читать книги.

– А что насчёт игры на сцене?

Анфиса хихикнула, прикрыв рот ладошкой:

– О, нет. Это я никогда не любила. С детства избегала любой возможности выступать.

– А как же наше выступление?

Она густо покраснела и долго цеплялась взглядом за книжную полку.

Затем глубоко вдохнула и заговорила:

– Я вышла на сцену ради тебя… – она осеклась и тут же сбивчиво выпалила: – Я помогала, потому что ты попросил!

Мне остро захотелось взять её за руку, и я это сделал.

– Спасибо тебе. Я рад.

Я почувствовал, как она оцепенела от моего прикосновения, но и отдёргивать руку не стала.

– Ага. На самом деле я очень боюсь выступать. С самого начала.