Академия Иллюзий. Любовь на гранях

Которая окажется совсем не готова к настоящим реалиям казалась бы хорошо знакомого мира.

2

К кабинету ректора я подошла с улыбкой. По меньшей мере уголки губ тянулись в стороны в достаточной степени, а руки даже не дрожали…

Поприветствовала второго секретаря, дождалась, когда мне откроют дверь – пусть, с точки зрения академии, секретарь был «главнее» меня, но он оставался мужчиной – и присела в точно вымеренном книксене перед обернувшимся мужчиной, стоявшем у большого окна.

Севаро-Мартин да Фарос был довольно высок, худощав и симпатичен – ну если не обращать внимание на его возраст и на то, что лоб  его был испещрен морщинами, а волосы давно уже сделались седыми.

Один из самых сильных магов нашего королевства прихрамывал на одну ногу – всем известно, что от укусов тварей завесы не помогут никакие заклинания –  и имел раздражающую привычку постукивать указательным пальцем по горизонтальным поверхностям.

Но его умение управлять довольно разномастной толпой студентов и преподавателей не могло не вызывать восхищения.

– Эва-Каталина… – он вздохнул и вдруг указал рукой куда-то в угол за мою спину. – Позволь представить тебе господина Мору.

Я развернулась и сглотнула, увидев невысокого мужчину в форме дознавателя. Сердце застучало от тревожного ожидания, но я заставила себя снова присесть, склонив голову.

– Господин Мору, – вырвалось хрипло.

– Студентка Феррейра-Ильяву, – он холодно кивнул, буравя меня взглядом, будто надеялся проделать дырку в моей голове.

 – Я прибыл сюда рассказать вам не самые приятные новости.

Я широко распахнула глаза.

Он же не имеет в виду…

– Сядь, Эва-Каталина, – устало произнес ректор. А я… да что там сесть, я рухнула на предложенный стул, совсем не изящно вцепившись в него, будто надеялась обрести несуществующую опору.

И по мере рассказа вдавливала пальцы все больше.

Не веря, не понимая, не принимая о чем говорит этот чужой человек…

Что мои родители – опора и честь королевства – накануне ночью были арестованы и препровождены в королевскую тюрьму по обвинению в государственной измене и заговоре против короля.

Что найдены неоспоримые доказательства их причастности к гнусным деяниям, что расследование, конечно, ведется, много сил брошено, а слуги и близкие в срочном порядке допрашиваются, но…

Их ведомство не может ошибаться.

Уж слишком вопиющий случай и факты, которые они собрали.

Я и сама не заметила, как начала отрицательно мотать головой.