Изоляция

«А что, если бы на такой лодке проплыть по венецианским каналам? Возможно ли вообще подобное? Наверняка нужны водительские права и куча разрешений», – девушка рассмеялась смелым мыслям.

Морской музей, где работала Клэр, был прекрасным местом. Он был совершенно необходим этому портовому городу на берегах Финского залива. Горожане Котки считали себя приморскими жителями, хотя вода Балтийского моря здесь настолько разбавлена впадающими реками, что итальянцы назвали бы её acqua dolce – «сладкая вода». Берега тут часто отлогие, с белыми песчаными дюнами, поросшие смолистыми красавицами-соснами.

Но встречаются и фьордно-шхерные, когда скала, словно расщеплённая, врезается осколками глубоко в море. Здесь, в прибрежных водах, на острых каменистых отмелях, затонули сотни лодок, парусников и других судов, особенно во время Северной русско-шведской войны. Со дна поднимали обломки кораблей и остатки их грузов, помещая самое ценное в Морской музей, где Клэр проводила целые дни.

Эти морские сокровища девушка оберегала и любила.

Ежедневно повторяя заученные фразы перед группами туристов, она знала наизусть, сколько человек погибло на каждый квадратный метр Финского залива, с какой скоростью ледокол крушит айсберг и сколько иллюминаторов было на первом пассажирском лайнере.

«Фью-фью-фью» – прочирикал телефон.

Девушка чуть вздрогнула и улыбнулась. Пользоваться мобильной связью на рабочем месте было запрещено, но за последним посетителем уже закрылась дверь, и пришло её время. Она знала, от кого прилетела весть.

«Фью-фью-фью» – он. Amore. Любовь.

Иногда Клэр звала его Юркки, используя финскую вариацию итальянского имени. Куда чаще – Amore, на итальянский манер. Так она обманывала расстояние. Влюблённая не открывала сообщение, смакуя момент. Она знала, что там.

«Ti amo, Tesoro! Non vedo l'ora di vederti[6 - Ti amo, Tesoro! Non vedo l'ora di vederti (ит.) – «Я люблю тебя, дорогая. Не могу дождаться нашей встречи».]!» – писал он. Романтика, нежность и вежливость – эти три качества определяли её избранника.

Клэр прижала к груди телефон и снова замечталась. Все вечера она проводила в музее, дома вдруг стало невыносимо пусто и одиноко. Чтобы не вызывать ненужных вопросов, экскурсовод взяла дополнительную подработку – уборку. Девушку не смутило даже то, что, по финским правилам, пришлось потратить полгода на изучение новой профессии и получение диплома, позволяющего заниматься уборкой. В этом была вся Клэр: послушная, организованная, трудолюбивая.