Будь моим сыном

– Я сейчас заеду.

Мирослава завела машину и поехала в старый город.

Знакомый дом. Столько здесь было выпито в студенческие годы. Самые лучшие годы. Дверь не заперта. Ах да, искусство не может жить взаперти. Она толкнула её и сразу почувствовала терпкий и сладкий запах масляных красок, который ненавидела. Навстречу ей вышел Всеволод Залесский. Это была его настоящая фамилия, доставшаяся от деда-путешественника польско-украинского происхождения. Родители Севы тоже были путешественниками, и когда ему исполнилось три года, отбыли в очередное «плавание», да так и не вернулись.

Но живы они были до сих пор. Вроде бы. Об этом рассказывала бабушка Севы, которая и занималась воспитанием внука. Ещё несколько лет назад она питала надежды, что между внуком-художником и отличницей Мирославой Ворошиловой будет бурный и продолжительный роман, но его не случилось.

– Что я вижу! На пороге моей скромной обители появился весь мир, – Сева трепетно по-дружески прижал гостью к груди.

– Сев, ты прости, я не в гости.

У меня небольшие неприятности. Нужен покой, интернет и немного кофе с корицей, если есть, – перечислила Мира, когда первый поток Севиной нежности немного схлынул.

– Для тебя, мой мир, я бы даже вышел в застенную жизнь и купил это. Но, к моей радости, всё и так есть.

Он провёл её в просторную тёмную гостиную.

– Ноутбук, – он показал на стол. – Кофе сварю и позову тебя.

Как только он вышел из комнаты, Мира открыла ноутбук и почту. Несколько непрочитанных писем. Десять секунд. Страница всё никак не открывается.

Ещё несколько секунд. Флешка с документами, которые она заранеё отсканировала, лежит в кармане.

Мирослава хотела написать письмо с электронной почты хозяина, но потом решила, что подставлять его будет подло. Неизвестно, чем всё закончится.

Несколько кликов мышкой и письмо с фрагментами документов отправляется Сазонову. Процесс запущен. Дальше только ждать.

Она оторвалась от монитора и почувствовала, как по огромному мрачному дому разливается успокаивающий запах кофе.

Она почувствовала, как приятель добавил в турку корицы. Запах распространился по всем комнатам. И ей захотелось остаться в этом доме, потрепаться с Севой, а вечером собрать старую гвардию и напиться. Но кнопку «Отправить» она уже нажала.

«Что же ты, Мира, делаешь? Знаешь, что кишка тонка, знаешь, что испугаешься и дашь заднюю, когда у парня только появится надежда», – эти слова она повторяла себе уже не в первый раз, но что-то помогало ей не отступать.