Матрица жизни на Земле

– Интересно! – снова проговорил я.

– У меня по этому поводу вот какие мысли появились, шеф! – посмотрел на меня Юрий Иванович. – Причиной того, что ее тело, австриячки-то, прозрачненьким стало, является не только то, что у нее от старости бестелесный дух начал проступать, но и то, что может ее тело начало в другие прозрачные миры переходить.

– Ну вы уж это слишком загнули, Юрий Иванович! – вставился в разговор Андрей Князев. – Науке такие факты неизвестны!

– А что такое наука?! Что такое наука?! – взъерошился Юрий Иванович.

 – Академики-то, которые сами от возраста уже прозрачненькими стали, до своего полного истления будут утверждать, что истиной последней инстанции будет только то, что они когда-то, когда еще прозрачными не были, на тетрадных листах чугунным пером, которое макалось в чернильницу, написали.

– Почему именно на тетрадных листах? – удивился Андрей Князев.

– Да это к слову.

Прозрачненькая

– Хорошо бы расспросить более подробно, прозрачненькую-то… австриячку! – вмешался в разговор я.

 – Но она только что после операции, наркоз еще не отошел. Кстати, давайте позовем Аниса Хатыповича! Таня, позвони ему, пожалуйста!

Татьяна пригласила «министра иностранных дел».

– Вызывали? – спросил аккуратный во всем Анис Хатыпович.

Я объяснил, в чем дело.

– М… м… – задумался Анис Хатыпович. – Странно это, странно. Но она не совсем в своем уме, эта… как ее?

– Прозрачненькая, – внес ясность Юрий Иванович.

– Я, тем не менее, – продолжал Анис Хатыпович, – долго слушал ее бред и даже старался вникнуть в суть ее… видений.

Я хотел понять ее. Но невестка мешала. Она – абсолютно реалистичный человек, поэтому она, всегда сопровождая свою слепую свекровь…

– Прозрачненькую, – вставил Юрий Иванович.

– В общем, она, невестка… – замялся Анис Хатыпович, – считает, что ее свекровь совсем свихнулась по причине своей старости, потому что для нее уже пришло время покинуть этот мир, и уже вроде как пора…

– Прекратить вилкой по тарелке скрябать, – подсказал Юрий Иванович.

– Да, да… – опять замялся Анис Хатыпович. – Ей, невестке, как я понял, было особенно неприятно кормить свою свекровь, потому что она…

– Прозрачненькая, – опять вставился Юрий Иванович.

– М-м… пожилая очень. – Анис Хатыпович выразительно взглянул на Юрия Ивановича. – Так вот, эта пожилая австриячка все время говорила своей невестке, что будет питаться исключительно водой и ничем более.