Дорога в тупик. Часть 2

Ворота были закрыты; за ними виднелся опущенный шлагбаум, а справа, в самом заборе – калитка и охранный пункт. Добравшись до входа, Даниил нажал на кнопку звонка, встроенную в конструкцию ограждения.

Пришлось подождать какое-то время, прежде чем из деревянной пристройки выглянул полноватый мужчина. Он выглядел заспанным и явно не ожидал ночных гостей. Увидев Вернера, сторож сложил на груди руки и медленно двинулся навстречу посетителю.

– Вам чего?

Тот раскрыл своё удостоверение и приблизил его к решетчатому забору.

– Отдел уголовных расследований и реагирования, оперуполномоченный Даниил Вернер. Вы – сторож этой школы?

Евсей Артёмыч в недоумении остановился на середине своего пути до калитки, так и не дойдя до выхода, и застыл, обрабатывая информацию. Вернер терпеливо ждал. По окончании своей мыслительной деятельности сторож не нашёл ничего лучше, кроме как повторить исходный вопрос в упрощённом варианте:

– Чего?

– Вы – сторож этой школы?

– Я.

– Сейчас ваша смена?

– Моя.

– Я ищу Валерию Демчук. Насколько мне известно, она работает в этой школе учительницей, я прав?

Услышав знакомое имя, сторож вздёрнул брови так высоко, что они почти допрыгнули до линии роста волос.

– Валерию Владимировну?

– Да. Валерию Владимировну Демчук.

Евсей Артёмыч всё-таки решил сдвинуться с места и приблизиться к этому незнакомому человеку, надеясь, что это поможет лучше понять причину его визита. Вернер вторично раскрыл удостоверение и ещё раз представился. Когда корочка была прочитана сторожем вдоль и поперёк, Даниил задал следующий вопрос:

– Как ваше имя?

– Но что могла сделать Валерия Владимировна? – с искренним непониманием переспросил сторож.

– Как вас зовут? – настойчивее повторил Вернер.

– Меня?

– Да, вас.

– Евсей Швыдко. По батюшке – Артёмыч.

– Евсей Артёмыч, скажите, Валерия Владимировна покидала территорию школы сегодня днём или вечером?

– Вечером, – закивал сторож, – она к матери поехала.

– К матери?

– Да. К своей.

– Что-то случилось? – полюбопытствовал Вернер.

– У Валерии Владимировны мама пожилая, ей с сердцем стало плохо. Вот она и сорвалась сразу к ней.

– А куда именно?

– Этого не знаю… В Москву, наверное.

– Во сколько часов она сорвалась? – поинтересовался Даниил.

Сторож призадумался.

– Тоже не помню… Вечером это было. Уже темно. И, кажется, после отбоя.

– Отбой во сколько?

– В десять вечера.