Царство сумеречных роз

Ноги подкашиваются, кружится голова. Я едва могу дышать, будто кролик, угодивший в силки. Всё труднее удается сохранять видимость спокойствия, удерживаясь в точке сосредоточения, в которой всё прочее – несущественно. Этому учили на Псарне. Урок дался с трудом, ведь ежедневно я подвергалась куда более «интересным» испытаниям.

– Ты вся дрожишь, – с удивлением замечает Ян, прикладывая руку к моему лбу, пока лифт поднимает нас в пентхаус. – Я чувствую страх. Такие сильные эмоции. Любопытно.

Вампир обхватил мой подбородок, вынуждая смотреть в глаза, и вновь применил чары.

И я успокаиваюсь. Разом, будто выключатель сработал. Как по волшебству все треволнения ушли на задний план, а под кожей разлилась приятная щекочущая нега, от которой негромко хихикаю, задышав прерывисто. Я чувствую себя несмышлёной девчонкой, впервые попробовавшей алкоголь.

– Так-то лучше.

Двери открылись, и мы оказываемся в апартаментах Яна. Я отмечаю, что вампир предпочитает ярко освещённые открытые пространства, настолько просто обставлена его квартира.

Сплошной белый цвет и никакой индивидуальности. Чистые полы, как по линейке расставленная мебель, открытая кухня, на которой никогда не готовили. Здесь же, за полупрозрачной ширмой, идеально заправленная кровать размером с футбольное поле.

Всё какое-то безликое и нежилое. За исключением фиолетовых роз на круглом обеденном столе. Пышный букет так и притягивает взгляд. Я неосознанно подошла к нему, почти касаясь нежнейших бутонов, ощущая тонкий аромат цветов с карамельной отдушиной.

– Нет! – жёстко прикрикнул Ян, больно хватая за запястье. – Не трожь!

Но по инерции я дотронулась, правда не до бутона, а до стебля, уколовшись об острый шип. Сразу выступила кровь. Ян выворачивает мою руку, разворачивая к себе, и подносит её к лицу, аккуратно касаясь языком выступившей капли.

– Какой интересный привкус, – шепчет он, продолжая удерживать меня. – Какая у тебя группа крови?

Облизнувшись, я мотаю головой, не зная ответа.

Моим здоровьем занимался Птолемей, а так как я почти никогда не болела, то и нужды в различных исследованиях не было. А сломанные кости в драках, мигрени и прочие следы «обучения» лечили на Псарне по всё тому же собачьему принципу.

– Жаль, – сказал он, отпуская.

Ему в голову пришла какая-то мысль и он, будто продолжая изучать вкус моей крови, подошёл к музыкальной системе, и включил чувственную завораживающую мелодию.