Равновесие крови

Эта сила сгубила некогда великого короля, и Никлос стал сиротой.

* * *

Ник просыпался очень рано, и вместе с ним вставал весь дворец. За завтраком король предпочитал получать краткую сводку событий от канцлера Врана Грацбурского и от своего секретаря Богарта, а также от Астерии Брунцкой по делам Совета Женевры, от Артана – по делам военного аппарата, и от ряда других менее постоянных представителей разных органов судебной и исполнительной власти. По мере надобности иногда к завтраку присоединялись видные ученые, выдающиеся маги и иные гости короля.

В этот день основное внимание было сосредоточено на кэрре Астерии и предстоящем празднестве. Поэтому за столом присутствовали представители казначейства и канцелярии, а также молодой организатор первого весеннего бала – кэрра Винелия Барбская, дивная особа от мира искусств из Бирюзового дома.

Вот уже неделю восточное женское крыло было недоступно для королевских придворных. Невест держали в изоляции, и специально приглашенные эксперты из Магической академии проверяли девиц на пригодность к участию в Равновесии невест.

Сухопарая Астерия, раскрыв на коленях папку, зачитывала итоги последней проверки. И хоть король скучал, раздумывая над более важными делами, приходилось уделять внимание и этому ежегодному празднеству.

– В этом году у нас удивительно большое количество представительниц знатных домов. Некоторые уже должны были быть представлены в прошлые года, однако, судя по медицинским картам, их созревание подошло только сейчас.

Поразительное совпадение! – язвительно говорила она. – А после проверок выяснилось, что девы уже давно должны были пройти превращение. Их сознательно держали на зельях, чтобы они подольше протянули в девицах. Разумеется, за такое издевательство над дочерями их семьям направили письма с предупреждениями. За такое вопиющее нарушение они лишаются права участвовать в последующих пяти столичных Равновесиях. Также есть иные нарушения…

– По-моему, все очевидно, – с мягкой улыбкой перебил ее Вран Грацбурский.

Этот немолодой мужчина, обладатель густой светлой шевелюры и пронзительно голубых глаз, сидел по правую руку от Никлоса и в данный момент меланхолично постукивал чайной ложечкой по яйцу. Его обманчивое добродушие и вид милого дядюшки вводили в заблуждение всякого, кто впервые вставал на его пути. Второй такой ошибки враги не совершали. Да и союзники тоже.

– Да? – заинтересованно протянула слегка смущенная Винелия, сидевшая наискосок от него.