Равновесие крови

Теперь драконица не просто следовала за кавалером, а сама активно участвовала в танце, руками отражая музыку, глядя с хитринкой прямо в глаза королю, улыбаясь уголками губ.

Танец как тонкое кружево возвратился к самому началу. Руки подняты, партнеры кружатся, не касаясь друг друга, готовясь разойтись. Кирнан не хотела этого, не хотела разрывать контакт, но это кадельер, общий танец, и по сторонам уже образовывались новые пары, скоро их перехватят другие партнеры.

– Спасибо за… танец, – немного хрипло молвила она, когда вышло их время.

– Вы были прекрасной партнершей, кэрра Кирнан, – мягко улыбнувшись, ответил король. Напоследок он захватил ее пальцы, сжимая и целуя нежное запястье.

Музыка изменилась – теперь то, что тянулось медленно, как знакомство, первая встреча, ускорилось и движения обрели резкость. Никакой скромности – это кадельер, танец, где нельзя сдерживаться.

Перед Никлосом сменялись разгоряченные лица, мелодия звучала все быстрее и быстрее, девушки пытались задержаться, не нарушая ритма, как-то выделиться перед ним, но не хватало времени, смелости и желания короля.

Танец захватил сердцевину бального зала, вовлекая все больше и больше участников. Он закончится так же медленно, как и начинался, но уже множеством пар. Говорят, с кем закончишь кадельер, с тем тебе и миловаться…

Каждая невеста стремилась оказаться той самой, но судьба распорядилась иначе: та, кто меньше всего этого желала, возникла перед королем в тот самый миг, когда Винелия Барбская опустила руку и оркестр замедлил ритм.

В глазах девицы Винцель не было страха; наоборот, разгоряченная танцем, девушка с наслаждением выполняла все па и движения, двигаясь как маленькая белая змейка, и на ее губах жила искренняя улыбка. До последнего она держалась достойно, выполняя заключительные повороты, кружась вокруг короля, и, даже не стесняясь, глядела ему в лицо, поражая его волшебным сиянием глубины карих глаз.

Чудо случилось, когда их ладони случайно соприкоснулись. Вспыхнула тьма, как лоза, оплетая девичье запястье, спускаясь вдоль вен к локтю, скрывая белизну рукава платья.

Девушка хмурится, не понимая, что видит. А король изумленно смотрит то на нее, то на тьму, что поднимается к женскому плечу, ластясь, как черная змея.

– Ты видишь? – спрашивает он, когда мелодия стихла и они замерли в последней позиции, тогда как остальные уже закончили танец.

Она не ответила, только кивнула. Никлос недоверчиво качнул головой и отпустил девушку. Тьма ушла не сразу.