Два Обещания

– Я задержался для того, чтобы развлекать одного маленького депоса.

Ники засмеялся:

– Врешь! Ты был здесь до меня.

Медленно, но неумолимо сумрак охватывал форт и стену леса. Ники было пора возвращаться. Джипс не посмел бы показаться на глаза депосам, что уж говорить о том, чтобы усыновить мальчика. “Его место среди подобных”, – повторял он, точно клятву. Хотя знал: даже тем малым временем, проведенным вместе с Ники, и своими историями, особенно той, что поведал сегодня, давно ее нарушил.

– Я провожу тебя, – сказал Джипс. И они пошли вдвоем, отдаляясь от форта, по тропинке через лес, к пригороду Одары. Именно там располагался приют. Родители Ники отказались от него еще в младенчестве, в детском доме мальчик был предоставлен сам себе. Кто мог знать, что с парнишкой стало бы, не отыщи он волей случая заброшенный форт. С тех пор вороной депос возвращался, когда чувствовал себя одиноким, принося тепло в сердце Джипса. Поэтому так тяжело давалось каждое расставание.

Когда настало время разделиться, Ники произнес, словно читая его мысли:

– Ты мой лучший друг, Джи. Но все равно жаль, что ты остался один среди нас.

– Я не единственный чужак в этом мире, есть еще. Некоторые научились прятаться, другим повезло меньше. Иди, а то тебя потеряют из-за меня.

Ники послушался его. Помахав рукой, мальчик стал вприпрыжку спускаться с холма. Джипс смотрел ему вслед. Гнолл не мог знать, каким будет путь вороного депоса, и суждено ли им быть вместе спустя годы.

Но одно ему было известно наверняка – этого мальчика ждет удивительная судьба.

– Я люблю тебя, Ники, как гнолл может любить собственного сына, и буду рядом, независимо от выбора, который тебе суждено сделать, – прошептал Джипс вороному депосу вслед.

Глава 1

Пятнадцать лет спустя

Она все еще была рядом. Говорила, что делать.

“Бей, и мы встретимся”, – донесся до него едва слышный шепот.

***

Когда произошла та безумная авария с участием Николаса, Рассел Лэйон, депос соловой масти, таился в стороне.

Но все равно Рассела мучил обретенный за годы службы инстинкт, твердивший о долге находиться рядом, ведь Николас – его напарник. В этот раз соловому депосу оставалось только наблюдать: вот с пересекшего дорогу перекрестка выскочил ржаво-медный пикап, боднул широким бампером бочину седана – точно посередине – в стык пассажирской и водительской двери.