Дневник одержимой. Пробуждение

Немудрено, так как на работе заболели и зачихали почти все! Сопли – это чистка. Пришла участковый врач, выписывать больничный. Я выставила на тумбочку бутафорскую пачку «колдрекса», найденную в закромах, чтобы показать, что я хоть чем-то лечусь, хотя лекарства по-прежнему принципиально не ем. Обманка сработала.

Утром резко завернулся назад язык и уперся кончиком в нёбо у самого горла. Я уже подзабыла эти кульбиты «самостийных» движений тела, даже слегка удивилась, но мешать не стала. Это напоминает автоматический перевод стрелки на железной дороге, перед движущимся составом.

Пропустив поток энергии, язык медленно вернулся на свое место… Каждое утро я наливаюсь энергией, словно подводная пещера острова Монте-Кристо…

Ночью встретилась в кафешке с Чикой, в жизни – старой подругой еще в старших классах. У нее нет детей, но она почему-то пришла с младенцем. Мы пообщались, и она сказала, что отойдет ненадолго, а мне поручила присмотреть за ребенком.

И пропала.

В ужасе я потащила младенца к себе домой, которого надо было как-то выращивать и воспитывать!

Во сне он быстро вырос в девочку по имени Вера. Сначала ей резко стукнуло пять, а потом и все пятнадцать лет. Она стала коротко подстриженным сорванцом, а жили мы в старом ленинградском доме, с темным подъездом, без лифта и выщербленными деревянными поручнями… И она всегда знала, что у нее нет мамы.

Однажды мы гуляли во дворе у дома, и встретили какую-то женщину, которая внезапно появилась и исчезла, а я сказала – ой, так это же была твоя мама! Хмуро посмотрев на меня, Вера вдруг повернулась и побежала к подъезду.

Я бросилась за ней. Она взбежала наверх по лестнице обратно в квартиру, хлопнула дверью, и я вдруг услышала ее сдавленные рыдания. А мне нечем было ее утешить, ведь я ей не родная. Долго стояла на лестнице и грустила…

…В реале у красавицы Чики, за которой волочились сонмища мужиков, так и не сложилось ни нормальной семьи, ни детей.

А дом оказался странно похож на тот, где я провела детство…

Ночные миры все ярче и насыщеннее, но помнятся все хуже и хуже… Словно всю мою жизнь переводят туда. Я сплю и просыпаюсь, жужжу с домашними, иду на работу, работаю, общаюсь с друзьями и коллегами, с животными, путешествую, отдыхаю в отелях, езжу в транспорте, развлекаюсь, снимаю, собираю камни… и все там. Найдите десять отличий! Но я не могу их найти.