Вперед, за Фениксом! Станем сильнее

Огненные крылья раскрылись над нами, принимая на себя огромной силы удар. Снежинки тёплой водой коснулись лица, и с ними пришло осознание того, какой мощи пламя на самом деле нас защитило. Какой силой Феникс преградил путь врагу – матерям-нимфам.

Я улыбнулась. И наконец собралась с силами, чтобы взглянуть в глаза тому, кого вновь вынудила за себя вступиться. В этих глазах плясали искорки.

– Мира… – произнёс Феникс, падая на колено передо мной.

Из его рта вырвался пар – такой горячий, что жар опалил моё лицо.

Я опустилась рядом с ним, отставив Молот. Руки невольно схватили Феникса за плечи, и тот опёрся на них, полагаясь на меня.

– Иногда ты делаешь… поистине безумные вещи, – выдохнул Феникс. – И мне бы очень, очень хотелось тебя понять…

– Всё просто. Я делаю твою работу, – усмехнулась я, хотя сердце колотилось.

Наверное, шутки не очень-то убедительно прятали мою благодарность. Но тем не менее.

– Я не понимаю…

Феникс тяжело дышал. На его лбу выступила испарина.

– Что… Мира, ч-что ты делаешь?!

На этот раз голос принадлежал Олаву.

Я обернулась, всё ещё поддерживая плечом Феникса – его горячее дыхание опаляло шею, по которой бежали приятные мурашки.

– Мира, ты… Я должен был спасти свой народ! – всплеснул руками Олав.

– Не ценой твоей души, Олав, – покачала головой я. – Может быть, ты убеждён, что другого пути нет. Но я знаю: его не может не быть.

Подхватив Феникса, я подняла его на ноги. Огонь сочился из его спины, как вода из источника…

– Но так… погибнем все мы, – вдруг выдавил Феникс, измученно кривя лицо.

 – Нимфы слишком сильны… Приходится делать выбор.

– Феникс… Тебе ли об этом говорить?! – воскликнула я. – Олав такой же наследник, как и все! Ты спас меня, спас Айминь, спас Имхотепа и теперь хочешь пожертвовать одним из нас? Что с тобой случилось? Постыдись!

Феникс замолк. Уставился сперва в пустоту. А потом поднял глаза на Олава.

– Но… Олав сам на это пошёл, – пролепетал Феникс.

– Хорошо… Олав! Ты хочешь сохранить свою душу.

Даже если не желаешь это признавать, – выдохнула я, смотря на Олава. – Скажи это. Скажи это Фениксу, и мы сделаем выбор вместе с тобой. Тебе не нужно умирать, чтобы выжили все.

Тот схватился за посох. Он даже не скрывал свою дрожь: большой и долговязый, он казался слабым листком на ветру, готовым сорваться. Я улыбнулась ему: может, так будет легче.

– Я хочу, чтобы был другой выбор… Я так этого хочу, – пролепетал Олав, сжимая зубы.