Мужчины. Панк-рок о сексе на одну ночь

Меня накрывало волнами, и в той самой пустыне некуда было бежать от мыслей и чувств. Мне была не так обидна потеря конкретного человека, сколько тот факт, что нужно все начинать сначала. Я не хотела быть ничьей. Мне нравилась семейная жизнь. Нравилась забота о человеке, совместные мечты и планы.

Я призналась в своем страхе отцу. Что, если я так никогда и не встречу того самого человека? Папа сказал следующее: «Ты не можешь поменять реальность, но ты можешь поменять свое отношение к ней. Попроси у бога любимого человека.

Обозначь, что хочешь. А потом добавь: “Но если у тебя на меня другие планы, если мне суждено прожить эту жизнь одной – помоги мне принять это со смирением”».

Подобное «суждено» было губительным. Вся моя жизнь спонсирована жаждой любить. И насколько тот совет был полезен, настолько и разрушителен. Мне было дико о таком просить, но я пересилила себя – и это случилось. Я действительно смирилась с тем, что не встречу того самого человека никогда.

И это привело меня к странному стилю жизни…

Привет, Марко!

Пока ты преподаешь детям в школе, я сижу в своей комнате и изучаю в зеркало язык.

Когда ты последний раз внимательно рассматривал свой язык? Мне кажется, такие места, как эти, созданы для того, чтобы остановиться и заметить жизнь.

На самом деле язык я изучаю, потому что он, как все лицо, болит. Вдруг я вообще заболела ковидом? Тогда нам всем крышка. Могу еще и детей заразить. Хотя дети вроде не болеют? Но если не болеют, почему тогда закрыты школы?

Сказать, что мне хреново,?– это, конечно, ничего не сказать.

Самое ужасное, что и собака вся в насекомых… И я не представляю, как спасать его от них. Если Карина уедет, мы с тобой останемся совсем вдвоем. Она сказала, что Кевин не хочет, чтобы сюда приезжали другие волонтеры.

Надеюсь, я выздоровею и адаптируюсь к погоде. Мне не хочется сдаваться. Детишки прекрасные, и это так здорово – заниматься с ними. Но все остальное пока, конечно, приводит в ужас. Я попросила у Кевина купить яйца с чувством, что просила черной икры.

Наверное, после десяти лет армии для тебя такая обстановка кажется родной? Говорят, солдаты никогда не возвращаются с войны. Расскажи, что тебя манит в такой работе? Видишь ли ты в ней романтику или это просто способ жить в путешествии?

И вообще, что делает тебя счастливым? Ты вчера, когда я задавала вопросы, сказал мне: «Их слишком много». Но что нам тут еще делать, кроме как узнавать друг друга?

Надеюсь, мы станем друзьями. А может быть, и нет.