Ливанская трясина

Как Ольмерт и предполагал, встреча началась с упреков, хотя, видимо понимая, что находятся на встрече с премьер-министром, родственники Гилада Шалита бвли в своих высказываниях достаточно корректны. Ольмерт поймал себя на мыли, что ему возможно было бы даже проще, если бы они набросились на него с резкими упреками. Спокойно, стараясь сдерживать ненужные и только мешающие в этот момент эмоции, он еще раз стал объяснять им свою позицию, подчеркивая при этом, что судьба их сына беспокоит его ничуть не в меньшей степени, чем их самих.

Премьер-министр счел возможным поделиться с родителями последними, еще пока секретными данными, поступившими в канцелярию только сегодня утром. Судя по-всему, рассказал Эхуд Ольмерт, похитители предприняли самые изощренные способы конспирации, чтобы сохранить в секрете место нахождения бункера, в котором они удерживают ефрейтора Гилада Шалита. Террористы не пользуются мобильными телефонами, ни на мгновение не покидают место пленения израильского солдата и даже контакты с внешним миром осуществляют через связных, которые не знают место нахождения бункера. Само собой разумеется, пояснил премьер-министр, что в бункер категорически запрещен вход каким-либо посторонним. Хотя вчера было сделано исключение для одного из офицеров египетской разведки, которых для урегулривания палестинского кризиса направил в Газу президент Хусни Мабарак. Всю делегацию хамасовцы откзались пропускать в бункер наотрез, но одному все же позволили. Офицеру завязали глаза и только после этогог усадили в машину. Вернувшись, он рассказал, что машина ехала доовльно долго, хотя опытный офицер-разведчик полагает, что машина специально делала круги и отклонялась от нужного маршрута, дабы сбить визитера от возможности сориентироваться, в том, конечно, слдучае, если он6 раньше когда-дтбо бывал в этих местах. Повязку офицеру развязали только в бункере, где он и увидел Гилада Шалита. «По словам парламетария, заключил премьер министр, обращаясь к родителям Гилада Шалита, ваш сын вполне здоров. » В этот самый момент в дверь кабинета премьера заглянул военный секретарь главы правительства Гади Шамни и, получив молчаливое согласие, вошел. Еще когда Гади только пересекал кабинет, Ольмерт успел подумать, что у секретаря новости экстренные и вряд ли приятные. И хотя ему удалось сохранить внешнее спокойствие, услышанное не просто поразило его.