Чернокнижник

И к моему большому счастью и удивлению, Далод ни разу за это время, не кинул шутку в мою сторону. Когда Лай начинал рассказывать про очередной бой, я частенько вглядывался во взгляд Далода и тайком следил за Анной. Их реакция на истории обо мне была важна для меня. Казалось, всякий раз у Анны все более и более загорались интересом глаза, а Далод всегда реагировал одинаково, когда заканчивалась история. Он поднимал свои брови и делал губы трубочкой, а иногда по губам можно было прочесть: «Неплохо». Но никто не требовал меня рассказать что-либо.

Итак, Анна предложила помощь, от которой я просто не посмел отказаться. Ночью я естественно не спал, постоянно перекатываясь с боку на бок, ожидая рассвета, ждал этой помощи, и в то же время боялся. Я вышел с палатки, как только первый луч Солнца прогнал синеву Луны. Все еще спали. Я стоял возле ночлега Анны, и ждал ее пробуждения, почесывая себе руки. Время нарочно тянулось. Не вытерпев, я заглянул во внутрь палатки.

«И как Анна здесь спит?», подумал я, слегка улыбаясь.

«Я думал, Флёры не храпят?».

Хотя то время, что провел в Орверссиан, было трудно не заметить, что Флёры всю ночь спят на спине, скрещивая руки на животе. Я еще тогда раздумывал.

«Высыпаются ли они так?»

Возможно, Анна и Лай решили отдохнуть от таких поз, в конце концов, если в Орверссиане гости, то не принято спать как им вздумается.

Мне пришлось разбудить Анну, мое любопытство и не терпение превосходило воспитанность.

– Анна, – тихо прошептал я.

Её нежное посапывание резко утихло. Она внезапно, открыла глаза. Я увидел не прекрасные голубые глаза, а ярко алые. Я резко шагнул назад. Мне стало не по себе. Глаза сменились голубым отливом, и я успокоил себя тем, что это наверно у всех Флёров так.

– Ты уже встал? – мелодично спросила она.

Анна принялась собираться. Я постарался забыть о том, что видел.

– Уже рассвет.

– Уже рассвет? – ее тихий голос, был похож на детский.

Я лишь кивнул, а потом быстро удалился.

Я ждал снаружи, ругая себя, что мог еще немного подождать. От увиденных глаз мне стало еще страшнее. И я уже хотел передумать.

– Ну что готов, – я вздрогнул.

Анна вышла совсем внезапно для меня.

«Откуда появилось столько трусости?»

Скорее всего, от того, что много думаю.

«Надо собраться, иначе ничего не сработает».