Лёд и пламя. BlackFire Universe

И они уже готовили пушки к новому выстрелу. Паруса только спустили, но галеон набрал немалую скорость и продолжал дрейфовать по волнам. И вот руль был вывернут влево, насколько это было возможно. Тут же резко последовал толчок, якорь зацепился за морское дно. Корабль сильно начало кренить в сторону, нос корабля заметно ушел вниз. Команда пыталась удержаться, как могла. Корма корабля, наоборот, поднялась вверх. Якорь вцепился в дно намертво, и вывернутый руль влево заставил корабль принять резкий разворот.

Корму понесло вправо, а нос по-прежнему смотрел вниз и крутился на месте. На мгновение казалось, что они не выживут. Соленая вода мелкими брызгами заливала нос корабля. Сам же корабль скрипел и, довольно сильно наклонившись в сторону, едва ли не разваливался от такого резкого разворота. Но вот нос начал подниматься, а корма понемногу опускаться. Корабль всё же удалось развернуть правым бортом в сторону линкора.

– Огонь! – взревел капитан с рыжей бородой, и на этот раз пушки правого борта галеона загремели, выстреливая огромное количество зажигательных снарядов.

Этот залп просто добил корабль, который уже был достаточно поврежден, чтобы пойти ко дну. Те, кто ещё не успел умереть, пытались скрыться на шлюпках, а некоторые и вовсе прыгали в океан прямо с корабля, пытаясь потушить горящую одежду.

Второй линкор приближался, и было видно, что он был решительно настроен взять судно на абордаж. Но по совету Виктории левый борт уже был заряжен картечью и готов к обстрелу.

– Огонь! – снова взревел рыжебородый капитан, и пушки испанского галеона вновь загрохотали, навевая ужас на врагов. На этот раз стреляли картечью, дабы ранить как можно больше людей на вражеском корабле. Довольно успешно, палуба линкора была завалена трупами или матросами с оторванными конечностями. Но оставалось ещё довольно солидное количество людей, готовых к атаке, и отступать они не собирались. Полетели первые «кошки», взявшие корабль в захват.

Абордаж начался полным ходом…

– К оружию! – закричала Виктория, оголив лезвия обоих кинжалов, но тут же осеклась, взглянув на капитана. Капитан смотрел на неё, а матросы смотрели на капитана. Возникла секундная неловкость.

– К оружию! – взревел Бернард, и матросы тут же зашумели, выхватывая свои сабли.

Неловкое молчание тут же прошло, и началась ожесточенная бойня. Виктория кровавым вихрем ворвалась в толпу, пробивая себе путь к грот-мачте.