Черная земля

Так кого там, говорите, убили?

– Женщину по имени Айрин Крамер, – ответил Келли. – Думал, что вы уже в курсе… Мы ее имени не скрывали.

В ответ Доусон показал рукой на свой письменный стол, заваленный толстыми скоросшивателями.

– Я сейчас по уши во всякой финансовой мутоте. Готовлю кое-какую крупную сделку. Давно уже ни телик не смотрел, ни радио не слушал.

– Но про убийство вы все-таки в курсе, – заметил Декер.

– В курсе, потому что Хэл мне рассказал.

– А саму ее вы не знали? – спросил Амос.

Доусон покачал головой:

– Некогда я чуть ли не всех в округе знал. А теперь слишком уж много народу понаехало. Но я не жалуюсь. Это хорошо для бизнеса.

– Айрин Крамер работала учительницей в школе Братьев, – сказал Келли.

– У Братьев? Я веду с ними кое-какие дела. Слово держат крепко.

– А как насчет военного объекта? – спросил Декер.

Доусон прищурился.

– Лондонской базы ВВС? Про нее речь?

– Вы с ними тоже ведете какие-то дела?

– Разумеется.

Декер пожал плечами:

– Это расследование убийства. Мы задаем вопросы абсолютно про всех.

Доусон бросил взгляд на Келли.

– Но почему на местное убийство вызвали федералов?

– Мы всегда приветствуем любую помощь.

Доусон скептически покосился на него.

– А я могу продать тебе Бруклинский мост.

– Мы тут познакомились с вашей дочерью, – вклинилась Джеймисон.

Доусон ухмыльнулся.

– Скоро она будет править миром. Оставит глотать пыль все, что сделал я сам.

– Она встречается с мужчиной по имени Стэн Бейкер, – сказал Декер. – С ним мы тоже знакомы.

Свет в глазах Доусона вроде немного притух.

– В самом деле?.. Ну, я в эти дела не лезу. Она уже взрослая девочка и сама способна принимать решения, особенно когда дело касается мужиков.

Вновь подала голос Джеймисон:

– Ого, хотелось бы мне, чтоб и мой отец относился к таким вопросам столь же запросто! Мне вот уже хорошо за тридцать, а я все еще получаю от него подробные имейлы и телефонные звонки касательно моих личных отношений.

Доусон ухмыльнулся.

– О, я тоже пытался как-то совать нос в такие вопросы! Когда мне его в четвертый раз чуть не отхватили, я сказал: «Лады, с меня хватит. Не стоит овчинка выделки». – Тут его лицо помрачнело.