Искупление

– Декер?

Он обернулся; у дверей стояла женщина в синем комбезе и бахилах – один из рядовых экспертов на месте преступления. Лет за тридцать, долговязая, с рыжей гривой и россыпью веснушек на лице.

– Келли Фейрвезер? – определил он.

– Ого, помнишь? – улыбчиво удивилась она.

– Можно сказать, забыть не могу, – сказал Декер без тени иронии.

Фейрвезер кивком указала на мертвеца:

– А я его помню.

– Еще бы, – подоспела Ланкастер. – Ты ведь работала на месте преступления у Ричардсов?

– Ну да.

Мой первый год. Четыре жертвы, из них двое дети. Для меня настоящее боевое крещение. А ты здесь каким боком, Декер?

– Да так. Просто пытаюсь во все вникнуть.

– А. Ну вникай. Лично я всегда считала, что Хокинсу не мешало бы рано или поздно получить за содеянное. Но не в таком, конечно, виде.

– Да уж, конечно, – льдисто усмехнулась Ланкастер.

Фейрвезер восприняла это как вежливый призыв заткнуться и шагать дальше.

– Ладно, Декер. Приятно было пересечься.

Когда она отошла, Декер приблизился и встал непосредственно перед мертвецом, который все еще сидел как статуя.

Сюда же подошли Ланкастер с Джеймисон.

– Итак, стрелок подходит к Хокинсу, который сидит в этом кресле, приставляет пистолет к его лбу и жмет на курок. – Он огляделся по сторонам. – И никаких следов борьбы?

– Может, он спал, – неуверенно предположила Ланкастер.

– Впустив гостя, старикан садится в кресло и засыпает? – усмехнулась Джеймисон.

– Он нам говорил, что принимает наркотики, – сказал Декер.

 – Вы их не нашли?

Ланкастер покачала головой.

– Ни здесь, ни в ванной ничего нет. Ни оберток, ни пустых пузырьков из-под таблеток. Только сумка с одеждой да несколько долларов в бумажнике. Экспертиза покажет, было ли что-нибудь у него в организме.

Декер снова оглядел комнату, цепко вбирая памятью каждую деталь. Он уже проделывал это, но решил сделать еще раз. Последнее время память несколько раз его подводила, и не хотелось рисковать, чтобы что-нибудь оказалось упущенным.

Лучше сделать, так сказать, повторный снимок.

Желтушную кожу Хокинса подернуло бледностью – типичная картина при остановке кровотока. По крайней мере, рак его больше не донимал; со смертью он сразу же перестал разъедать ему внутренности. Если откровенно, то быстрая пуля предпочтительней медленной, мучительной кончины. Но все равно убийство есть убийство.

– Итак, мотивы и возможные подозреваемые? – задала вопрос Ланкастер.