Искупление

– Именно поэтому, когда он был найден мертвым, мы и решили, что нам нужно поговорить с вами. Чтоб вы рассказали нам, где вы были между одиннадцатью и полуночью.

– А где мне, по-вашему, в этот час быть, как не спать у себя в постели?

– Кто-то может это подтвердить? – спросила Ланкастер.

– Я, между прочим, живу одна. Замуж так и не вышла. Вот что бывает, когда у вас уничтожают всю семью! – запальчиво крикнула она.

– Когда именно вы этим вечером прибыли домой? – задал вопрос Декер.

Ричардс поуспокоилась и откинулась на спинку стула.

– С работы уехала в шесть. Три дня в неделю я еще и волонтер в приюте для бездомных на Доусон-сквер. Была там вчера около восьми вечера. Там есть люди, которые могут за меня поручиться.

– А после? – спросила Ланкастер.

Ричардс развела руками:

– Поехала домой, приготовила ужин.

– Что именно? – допытывалась Ланкастер.

– Все как обычно. Копченый лосось на хрустящем хлебе со сливочным сыром и каперсами – они возбуждают аппетит; затем еще салат «Уолдорф», немного лингвини со свежими моллюсками, а на десерт, для души, кусочек тирамису.

И все это под бокал моего любимого «просекко»[10 - Вид итальянского игристого вина.] со льдом.

– Вы серьезно? – переспросила Ланкастер.

Ричардс состроила гримаску.

– Да господи, конечно же, нет. Сделала себе сэндвич с тунцом и корнишоном, плюс кукурузные чипсы. «Просекко», уж извините, у меня нет; а вот чай охлажденный – пожалуйста.

– А затем что вы делали?

– Затем? Заказала кое-что по интернету – это вы, наверное, можете проверить.

А потом к телевизору.

– Что смотрели? – осведомился Декер.

– Мой сериал. «Чужестранка». Действительно, знаете ли, мое. Второй сезон. Джейми и Клэр во Франции.

– Серия примерно о чем?

– Сплошная политическая ерундистика. И довольно интенсивная половая жизнь. – Она саркастически улыбнулась: – Вам что, подробно сцены описать?

– Что было потом? – невозмутимо спросил Декер.

– Потом телевизор выключила, приняла душ – и баиньки.

Проснулась, когда в дверь уже стучала полиция. Да что там «стучала» – колотила! – Сьюзан Ричардс снова нахмурилась.

– Вы водите темно-зеленую «Хонду Цивик»? – спросила Ланкастер.

– Да. Только эта машина у меня и есть.

– А живете в Примроуз, на северной стороне?

– Да. Лет уже пять.

– И соседи есть?

– Как не быть. По обе стороны и через дорогу. – Она села прямее. – Кто-нибудь из них, кстати, может подтвердить, что я вечером была дома.