Искупление

 – Отложив вилку и нож, он взялся за кофе.

– О чем ты думаешь? – поинтересовалась Джеймисон.

– Думаю, что нынче утром по городу разгуливает убийца, думая, что ему или ей сошло с рук, и вот это меня реально выкашивает.

– И это все?

Он с любопытством посмотрел на нее поверх чашки.

– А что, этого мало?

– Я в том плане, ты чувствуешь на себе вину из-за того, что случилось с Мерилом Хокинсом?

– Я в него курком не щелкал. И сюда не звал, снова разжигать это дело.

– У тебя нет мысли, что сам факт убийства Хокинса может быть аргументом в пользу его невиновности? Ты ведь, собственно, в таком ключе уже высказывался.

– То есть была ли с моей стороны допущена ошибка? – медленно поднял глаза Декер.

– Я бы так на это не смотрела. Расследование велось объективно, и все улики указывали на того кренделя. Я бы действовала в таком же русле.

– Как бы то ни было, если он действительно был невиновен, я должен все исправить.

Джеймисон воздела брови:

– Потому что груз мировых проблем всегда ложится на твои, по общему признанию, широкие плечи?

– Мир здесь ни при чем.

Речь о весе одного дела, которое вел я. Ответственность приходит вместе с территорией. Мои действия лишили человека свободы.

– Я бы сказала, свободы лишил себя он, своими деяниями.

– Только если он действительно совершал те преступления, – возразил Декер. – Если же нет, то это совсем другие танцы.

Джеймисон покрутила пальцами свою кофейную чашку.

– Если его подставили, то тот, кто это сделал, ведал, что творит.

Спрашивается, кто мог иметь на парня такой зуб?

– Хороший вопрос, – кивнул Декер. – Я понятия не имею. Хокинс был опытным инженером, но потерял работу, когда на его заводе начались сокращения. И он пошел по стезе случайных заработков. Делал все что мог, чтобы сводить концы с концами.

– В наши дни этим много кто занимается.

Он посмотрел на значок ФБР, прикрепленный к ее лацкану.

– Как тебе с ним?

Джеймисон перехватила его взгляд и улыбнулась:

– Я бы сказала, зашибись.

Ты сам никогда не подумывал рвануть в этом направлении?

– Стар уже. Тех, кому за тридцать семь, не берут. И я не ветеран боевых действий, чтобы претендовать на исключение. Даже если б теоретически мое заявление приняли, сомневаюсь, что я бы прошел медосмотр.

– Не стоит себя недооценивать. А регламенты, я вижу, ты знаешь не понаслышке. Наверное, заглядывал?

Декер пожал плечами.

– Свою работу я могу делать и без федерального значка.