Падшие

Травмы на футбольном поле ему действительно были не в диковинку. И сотрясения мозга тоже. Но на сей раз ощущения оказались совсем другими. Казалось, что боль сконцентрировалась не на поверхности головы, а где-то глубоко внутри. И что она распространяется оттуда, захватывая все большее пространство.

Рентген показал, что упавший на него неизвестный предмет голову не пробил. Не обнаружилось ни трещин, ни тем более перелома, и все же Амос чувствовал себя как-то непонятно. И не только потому, что мозг основательно взболтало внутри черепа, – это, собственно, и именуется сотрясением.

Что это было за странное чувство и почему оно появилось, он и сам не мог толком объяснить.

Сон все не шел, и около трех ночи Декер принял душ, оделся и спустился вниз.

На кухонной стойке увидел листок бумаги. Подхватил его. Это оказался тот перечень чисел, который недавно подсунула ему Зоя – проверить, сумеет ли он их запомнить.

Повинуясь какому-то непонятному побуждению, Декер вдруг решил повторить этот тест. Отложил листок в сторону.

Вызвал в памяти его изображение, пробежался по колонкам цифр. Все было замечательно, пока он не добрался до самого низа страницы. Тут произошел какой-то сбой – словно проигрыватель споткнулся о царапину на компакт-диске.

«Где же два последних числа?»

В некотором отупении он вышел через заднюю дверь, опустился на плетеный стул на террасе. К счастью, его частично прикрывал навес, поскольку моросил мелкий дождик. Хотя Декеру было на это плевать. Приходилось ему уже сиживать под дождем.

И даже спать под дождем приходилось – еще в Огайо, когда на какое-то время он остался без крыши над головой.

Крепко потер макушку. Абсолютной памятью он владел уже так долго, что стал воспринимать ее как нечто само собой разумеющееся. Были в этом владении и неприятные моменты – в частности, время так и не стерло из нее жуткие воспоминания о трагической гибели его семьи. Но оказалось также, что этот исключительный дар – редкостное подспорье при раскрытии преступлений, и Амос всегда на него полностью полагался.

Неужели это некогда безупречное запоминающее устройство стало оставлять незаполненные пробелы?

Прикрыл глаза, снова представил себе листок с цифрами. На сей раз два последних числа различил, а вот три посередине – никак. Они упорно расплывались, словно на чернила, которыми они были написаны, попала вода.

Этого еще только не хватало!

Декер уставился на дом напротив, с которого и началось нынешнее расследование.