Узы. История рёка

Мы выбрали именно такой диапазон, чтобы занять тут огромные два поля под культуры и силос. Предполагалось, что новая стена не пропустит вообще никого, но мне по-прежнему легко будет ее преодолевать.

Как только я добрался до них, Пэн сразу повернулся, будто бы давно заметил меня или просто ждал. Их было восемь человек – он и еще семь бойцов, которые ставили датчики движения и камеры. Все они были в армейской амуниции, с автоматами наперевес и в грозных шлемах. У боевого состава вся одежда была одинаковой, потому что мы просто взяли ее с военной базы у спецназа или просто какого-то крутого отделения.

– Сам Первый! Чем обязаны? – снимая шлем спросил Пэн.

– Да брось. Для вас я тот же Фьорд, – с добротой в сердце сказал я.

– Да я шучу. Давно тебя уже не видел. Весь в делах?

– Да…вроде не особо…обдумываю тут дальнейшее развитие.

– Это хорошо. Сильный, а главное со светлой головой, лидер нам всегда нужен. Ты изменился…это из-за нее? – осматривая меня, спросил холодно он.

– Не понял тебя, – растерянным глазом я посмотрел на него.

– Ты стал другим. Ты больше не такой грубый и задумчивый, не такой холодный и серьезный. Ты все таки нашел свою веру?

– Я не совсем понимаю тебя, но если ты про Алену, то да.

– Я про нее. Так что, даже не познакомишь? – ухмыльнулся он.

– Почему же?

– Это уже у тебя надо спросить, – ответил он мне.

– Какой нынче месяц?

– Эм, ноябрь…А что? – не понимая важности вопроса, переспросил он.

– А число?

– Ну, 18. А что? – с полным непониманием смотрел он на меня.

– Ну вот смотри: 18 ноября, в 7 часов вечера, я жду тебя с Прим у себя в доме.

– В доме? Ты решил вернуться?

– Да. Вы, кстати, тоже можете вернуться.

– Неожиданно, однако. Хорошо, мы придем. А теперь позволь я доделаю свою работу. Мне не сильно хочется проводить много времени за периметром, да еще и на самой жуткой стороне.

– Да, давай тут аккуратнее. До вечера.

– Давай, брат, до вечера.

Я такими же быстрыми прыжками начал возвращаться обратно.

Пока я бежал обратно, я смотрел по сторонам.

Пусть, я и перемещался быстро, но способности глаза позволяли мне видеть мир в очень медленном времени по моей воле. Серые, опустевшие поля, на которых давно ничего не росло, кроме жухлой травы. Голые, мрачные деревья – все говорило о том, что мир вокруг нас буквально остановился. Возможно, где-то есть еще выжившие или где-то жизнь людей не оборвалась, как у нас. Я думал, что где-то люди живут прежней жизнью, будто ничего и не было.