Кондотьеры 2. Будь проклято зло

Это был молодой человек худощавого телосложения, среднего роста, с лицом, покрытым веснушками и с вечно торчащими на макушке каштановыми волосами. А еще это был парень, который все это время находился за дверью соседней комнаты, и слышал абсолютно весь разговор.

– Здравствуй, братишка – неловко улыбнулся Уинстон, не зная, как себя вести.

Уэйн подбежал к брату и крепко его обнял.

– Как же ты вырос! – удивился Уэйн. – Возмужал, стал настоящим мужчиной!

– Да и ты, я смотрю, времени даром не терял – улыбнулся Уинстон.

– Чем занимаешься сейчас? – поинтересовался Уэйн.

– Я веду небольшой собственный бизнес в Олдтауне – пояснил Уинстон. – У меня на этой улице небольшой продуктовый магазин.

– У тебя всегда были задатки настоящего бизнесмена – заметил Уэйн.

Теодора Уэйн никак не могла прекратить рыдать. Оба ее сына подошли к ней и разом обняли ее, чтобы успокоить.

– Садись, Дэнни – предложил Уинстон, указывая на диван. – Думаю, за все эти годы у тебя накопилось много всего рассказать.

Они беседовали около четырех часов. Уэйн не стал рассказывать ни о своих способностях, ни о Кондотьерах, ни о «Зеленом свете». Он соврал семье, что продолжает работать детективом в полиции, что вызвало большую гордость его матери. Большинство времени Уэйн сам расспрашивал о делах семьи, многократно извиняясь за свои ошибки прошлого.

– Позволь не совсем тактичный вопрос, братишка… – начал Уинстон. – При всем уважении, тебя не было столько лет… Что-то ведь побудило тебя вернуться, верно?

– В этом ты прав, мистер проницательность – улыбнулся Уэйн.

 – Мама, Уинстон, слушайте внимательно. 25 февраля в 12.00 я жду вас в Олдтаунской православной церкви. Я женюсь.

На щеках Теодоры Уэйн выступили слезы радости.

Наступил день свадьбы. Одетый в непривычный для себя черный смокинг Уэйн подошел к православной церкви Олдтауна. Перекрестившись, чтобы снять волнение, он переступил порог и вошел внутрь.

На скрип старой двери обернулись все сидящие в зале. Уэйн увидел всю свою команду, красиво одетых и приведенных в порядок после недавнего мальчишника.

Кондотьеры дружно зааплодировали торжественному появлению жениха. В конце зала стоял священник, одетый в красивый белый наряд, богато украшенный драгоценностями, которые, вероятно, были куплены на деньги прихожан.

В левом ряду сидела Теодора и Уинстон Уэйны. Рядом с ними не переставала аплодировать Хелен Ли, а ее мать – вдова Мэри Ли с маленьким ребенком на руках неловко улыбнулась.