Снимая маски псевдонимов. Пять поэтов-однофамильцев

Стихи

«Сядь, мой друг, и терпеливо слушай…»

Сядь, мой друг, и терпеливо слушай,

То, что я хочу тебе сказать.

Наши заблудившиеся души

В этом мире встретились опять.

Стали мы теперь на перепутьи

И не смеем повернуть назад.

Перед нами раскаленной ртутью

Мечется неистовый закат.

Падая все ниже, ниже, ниже —

В светопреставленье, в бездну бед,

Солнце языком кровавым лижет

Огненные раны на себе,

И встает пред нами в атмосфере,

Опираясь на воздушный кряж,

Наше вероломное преддверье

В апокалипсический мираж.

Сядь, мой друг, и слушай терпеливо.

Где слова? И почему их нет?

Я ведь их так страстно и ревниво

Собирал в теченье стольких лет.

Судороги кончились заката.

Небосвод давно уже потух.

Все слова, которым нет возврата,

Ты, быть может, повторишь мне вслух.

Медленно мое сгорает тело.

Ты меня обратно не зови.

От любви, которой нет предела,

За предел, в котором нет любви.

Мой старый друг Кихот

Мне суждено уйти, потом вернуться,

Уйти не радуясь, вернуться не скорбя.

Я чуть устал от войн, от революций

И, может быть, от самого себя.

Уйти, от жизни милостыню клянча,

Вернуться, не познав ее щедрот,

Как возвращался рыцарь из Ламанча,

Наивный дон, мой старый друг Кихот.

Нет ничего любви великолепней

Нет ничего любви великолепней.

Любви последней. Выпустим стрелу,

Пронзим глаза друг другу и ослепнем,

И побредем, нащупывая мглу.

Запомни: там, где вход, всегда есть выход,

И там, где смерть, всегда надежда есть,

И вдоль дороги есть скамья, где тихо

И незаметно можно будет сесть,

И отдохнуть, и с мыслями собраться,

Поговорить наедине с собой

И поиграть одну из вариаций

На скрипке жизни лопнувшей струной.

А впрочем, нет. Нам оставаться не с кем.

Игра бездарна и не стоит свеч.

Потушим свет одним движеньем резким,

Хоть сроку не дано еще истечь.

Таков закон любви потусторонней:

Умчался поезд, скрылся за гудком,

Но кто-то остается на перроне

И машет безнадежности платком.

Не спеши, не уходи…

Не спеши, не уходи, не надо.