Месть Альбиона

Напоследок он спросил, не найдётся ли какой-нибудь каморки, в которой можно было бы переодеваться перед работой и хранить кисти с красками. А главное, убирать после сеанса незаконченную картину. «Нельзя, знаете ли, чтобы работу до окончания кто-нибудь видел, – сглазит ещё. Примета такая». Фитч заверил, что такая каморка найдётся и прямо рядом с зимним садом. «Мы её к завтрашнему дню освободим от инвентаря, а ключ отдадим вам на весь период работы». – «Спасибо. И ещё…» – «Говорите, мистер Белозёров. Всё, что в наших силах…» – «Меня привозить-увозить будет мой экипаж.

Кучеру ждать по несколько часов придётся. Можно ли его на это время пускать в людскую, – ну, где посольская обслуга находится? Весна у нас холодная, а он бы там обогреться мог, чаю выпить…» – «Ну, конечно, можно, мистер Белозёров. Пусть сидит с нашими лакеями. Заодно языку поучит. У нас говорить по-русски обязаны все, – от дипломатов до лакеев. Таково распоряжение посла». Сергей невольно хмыкнул. «А вот мистер Мориер вроде бы по-нашему не объясняется?» Фитч коротко рассмеялся. «Не объясняется, это правда. Ему учить язык некогда, слишком занят. Да и зачем? Рядом столько переводчиков…»

Отвечая на все просьбы Сергея «да», Фитч улыбался, буквально излучал радушие, а на прощание крепко пожал художнику руку. Милейший человек, право.

По сведениям полковника Ефимова, британскую разведку на территории Российской империи возглавлял именно душка Фитч.

Глава пятая

С полковником Ефимовым Сергей познакомился в неприметном доме на Казанской улице, куда они вместе с Черевиным приехали на следующий день после разговора с Победоносцевым.

В недалёком прошлом военный офицер, Сергей жандармов недолюбливал. Их в обществе вообще не жаловали. Побаивались, – да. Тайная полиция обособлена, всезнающа и окутана завесой секретности. Её агенты нечувствительно проникли во все слои населения, они денно и нощно следят за умонастроением сограждан, и каждому в какой-то момент могут припомнить лишнее слово или неосторожный поступок.

Ну, не по нраву русскому человеку с душой нараспашку, что существует специальный орган, незримо считающий скелеты в его шкафу.

Но, рассуждая здраво, нельзя отрицать полезность и даже незаменимость этого органа. Ведь что уже двадцать лет творилось в России? Небывалый разгул революционного террора. Стрельба, взрывы и кровь по всей империи. Гибель губернаторов, сановников, генералов. Цареубийство, которому предшествовали шесть неудачных покушений на Александра Второго.